Дарья Вознесенская Любовь в фокусе

1

Тот, кто надевает шпильки в такую погоду, наверняка рассчитывает закончить жизнь самоубийством.

А еще у него, точнее у нее. имя на букву О. Оля. Ля.

И «о, Господи, ты идиотка» тоже подойдет

На улице необычайный мороз — минус двадцать, идет снег и слой белого порошка на земле и моих накрашенных ресницах становится толще с каждой минутой.

- А-аа!

Я все-таки поскальзываюсь и только чудом не падаю на едва прикрытый дубленкой зад. Машу руками как крыльями, ловлю пару недоуменных взглядов, но выравниваюсь и мелкими шажками снова двигаюсь вперед.

Черт бы побрал эту погоду! И меня, слишком упертую, чтобы отступиться от обещания, данного вчера после второй бутылки Таньке. А еще мое неумение ходить на шпильках, работу, расположенную так далеко от метро, то, что дома называлось локонами, а теперь прилипло сосульками к моему лицу, а главное... декабрь.

Чертов месяц, когда все население страны в препоганом настроении пытается закончить свои списки планов, написанные еще в прошлом январе - конечно, никому это не удается - носится по магазинам, чихает, тратит половину своей зарплаты на подарки, пытается урвать последние места в студии, а потом отменяет давно запланированные фотосессии.

И жаждет как можно скорее обзавестись кем-то, с кем можно отпраздновать Новый Год и провести несколько дней в анабиозе. Чтобы, протрезвев, удостовериться, что ты не имеешь с этим человеком ничего общего.

Кстати, я уже говорила?

Я тоже часть населения.

В холл бизнес-центра, где располагается наша фотостудия, я вваливаюсь ругающимся снежным комом. Корчу рожу засмеявшемуся охраннику и пытаюсь отдышаться, чувствуя, как с меня начинает капать.

Жесть.

Вот зачем я все это нацепила? С чего я вообще решила что с моей профессией, образом жизни, а также отсутствием личного водителя и изящных манер, при которых маникюр, юбка и выражение лица приклеены намертво в нужном месте, мне стоит так выпендриваться?

Хотя я знала, с чего.

Сегодня отменили почти все фотосессии - прощай То Самое Платье - кроме одной, в студии.

И вечером я встречаюсь с Тем Самым Мужчиной.

Я - фотограф. Хороший портретный фотограф, будем честными. У меня есть свой стиль, свое видение и свои клиенты. А еще я работаю в классном агенстве. И, как правило, одеваюсь так, чтобы оставаться за кадром во всех смыслах.

Не то что бы я была серая мышка, но любой, кто хоть раз работал на фотосессии, знает, что иногда и на асфальт приходится ложиться. И путаться в переплетении проводов. И на стремянку забираться, чуть ли не на люстре виснуть - только чтобы сделать То Самое Фото.

Мы проводим на ногах много часов, таская тяжеленное оборудование - если не успели обзавестись ассистентами - раскладывая красивым веером чьи-то юбки, пересаживаем чьих-то детей, которые обожают шлепнуть пару раз измазанной пятерней по животу, выстраиваем чьи-то позы... и отношения заодно.

Немного стилисты, немного психологи.

Серые кардиналы каждой истории, что рождается под прицелом объектива.

И потому моя униформа - немаркая футболка, удобные джинсы, кеды, хвост и минимум косметики. Мне-то визажист ничего не подправляет.

Я сроднилась с этим образом. И когда Татьяна, «жена своего мужа и мать своих детей», прячась у меня дома от счастливой семейной жизни, заявила, что я просто врежу себе так, не поверила.

- Смысл тратить столько времени на то, чтобы иметь идеальную внешность, если в борьбе за мужика победит та, что ведет себя нормально?

- Смысл в том, что разглядеть твой офигенный характер и душу он сможет не сразу. А оценивать размер груди и желание понравиться начнет с первой секунды, -многозначительно подняла палец кверху лучшая подруга.

- И все же я думаю...

- Слушай, кто из нас замужем, а кто продолжает перебирать мужиков в радиусе километра? Или сколько там стоит в настройках твоего приложения?

Шах и мат.

Я насупилась.

- Тебе же понравился тот парень на фото, так? - спросила она мягко. - И как он общается понравилось. Ну пообещай мне, что завтра ты постараешься нарядиться как куколка.

Я, дура, пообещала.

Хоть бы прогноз посмотрела, что ли... Или вызвала такси.

Нет, положа руку на сердце, я действительно любила иногда красиво одеваться и хотела приятно удивить своего нового знакомого, с которым мы договорились вечером посидеть в кафе. Вот только...

Глянула мельком в зеркало в холле и вздрогнула.

Удивлю, ага.

Поднялась в нашу уютную студию, в которой было несколько фотозон и большое открытое офисное пространство, стянула ботильоны на каблуках - и нашлись же в моем гардеробе! - и со стоном счастья засунула ледяные ноги в тапочки, больше похожие на обрезанные угги. А потом сползала в туалет, стерла с щек разводы и попыталась заново уложить рыжеватые локоны с помощью сушки для рук.

Они окончательно сделались похожими на спагетти с кетчупом, и я махнула рукой. Ничего. Проведу съемку, а потом напрошусь к визажистам. У них уж точно макияж прилипнет намертво.

Вот только моим планам не суждено было сбыться.

Нет, со съемкой оказалось все нормально. И даже семейство в одинаковых свитерах с оленями, от которых любого фотографа начинает подташнивать к концу года, было очаровательно и послушно следовало всем указаниям.

Но только я обрадовалась, что у меня целых четыре часа, чтобы доделать срочные обработки, привести себя в порядок и подготовиться к свиданию с Главным Кандидатом на должность моего мужчины в следующем году - ну да, преждевременно, я знаю, но метод визуализации, говорят, работает - как меня вызвало начальство.

Молодое, веселое и крайне взволнованное.

- Оля! Ты должна нас спасти!

- «Нас»? - я огляделась, пытаясь понять о ком он говорит. Кроме Игорька никого в помещении не было. Даже администратора.

Может у него раздвоение личности от стресса?

Говорю же - гадский декабрь.

- Агенство! - завопил рыжий-рыжий конопатый.

- От кого?

- От потери репутации!

Игорь всегда был эмоциональным, но даже для него вот такое заламывание рук выглядело странным.

Я вздохнула и опустилась в кожаное кресло босса. Крутанулась и величественно кивнула:

- Говори.

Говорил он исключительно восклицательными знаками.

- Николай сломал ногу! И сейчас в травмпункте! Вместо того, чтобы ехать на самую важную съемку! Которая не просто должна была принести деньги, но и контракт нам на весь следующий год!

- Погоди... выборы, насколько я помню, уже закончились. А Николай твой фотографирует исключительно одухотворенных политикой или деньгами мужчин и женщин. Деловые портреты, сурово поджатые губы, крепкие рукопожатия...

- Вот именно! И именно сегодня он должен был снимать одного очень богатого и серьезного мужика для сайта и прочих нужд. И нам четко дали понять - если качество понравится, то потом именно мы будем обслуживать их огромную компанию!

- А перенести съемку?

- Я пытался! Но нам и так выделили единственно возможное время...

Так-так-так.

Проблема стала понятной. Но вот как решить ее? Собственно каждый фотограф мог при желании сфотографировать что угодно. Только это и выглядело по итогу...

Чем-то

Моей специализацией была чувственная съемка. Лав-стори с самим собой, раскрытие сексуальности, совместная готовка на кухне, от которой вспыхивала страсть, особые свадебные сюжеты... как будто гости ушли и жених с невестой оказались наедине.

Неплохо удавались и семейные снимки в интерьерах.

Коля, при всей моей несимпатии к этому суховатому парню, делал и вправду отличные деловые фото. Персонажи на его портретах внушали доверие, сулили огромные деньги одним своим видом и мотивировали идти за собой.

Мы жили в непересекающихся мирах и совместить их...

Бред.

- Ключевой момент - они должны остаться довольны. Он. И как ты себе это представляешь? Я НЕ умею делать портреты костюмчиков.

- У меня нет вариантов.

- Света? Алла? Игнат?

- Все в разных концах города - работают.

- Ты сам?

- Что ты думаешь о моих снимках? - он навис надо мной, прищурившись.

- Дерьмо, - я развела руками.

- Вот-вот. Как бы я ни старался - из меня не получился хороший фотограф. Но я хороший руководитель и сумел объединить хороших фотографов. И никогда вас не обижал. Помоги, а? Даже если результат не зайдет - это лучше чем не попытаться.

- Я не успею привести себя в порядок перед свиданием, - захныкала.

- Он полюбит тебя такой, какая ты есть! - моментально отреагировал босс.

- Угу как же. Ты говоришь это человеку, воспитанным журналом «Космополитэн». Ладно, давай адрес. И с тебя такси! И туда, и обратно. Точнее туда и потом куда скажу, ясно?

- Конечно-конечно! И премия!

Игорек снова засиял, а я со вздохом отправилась переобуваться. Вот почему не догадалась надеть любимые ботинки и взять с собой сменку, как в детстве, раз уж так хотелось поразить парня на свидании?

А ведь новый клиент точно не ожидает увидеть девицу в коротком платье на двенадцатисантиметровой шпильке...

Я хмыкнула, натянула дубленку, замотала голову ни от чего не защищающим платком и еще раз прочла адрес и имя на бумажке.

«Савелий Зимин».

Наверняка так же холоден и сдержан, как это и звучит

2

Мир, в котором я оказалась спустя час московских пробок, был мне знаком.

Новое офисное здание, сделанное по последнему слову дизайна, техники и амбиций.

Пару лет назад реклама подобных зданий - там была какая-то дикость с зомби и возможностью спрятаться в них в Апокалипсис - потрясла всё интернет-пространство. И вот, пожалуйста, я вижу его воочию.

И пусть не сразу поняла, в чем его отличие, но минуты оказалось достаточно, чтобы я заметила детали.

Размер холла, больше похожего на внутренний двор, окруженный балюстрадами. Зелень повсюду - даже на вертикальное озеленение денег не пожалели. Довольно специфическое остекленение. дающее возможность зимнему свету насквозь пронзать несколько этажей. Куча датчиков и современная система очистки воздуха, как в больницах.

Я шагнула в сторону массивной стойки и уточнила у администратора, куда мне идти, и получила пропуск. Осознав, что сильно нервничаю и постоянно поправляю на плече сумку с оборудованием. Терпеть не могу чувствовать себя неуверенной... но именно этим я сейчас и занята. Потому что мне и правда хочется помочь Игорю и агенству, сделав все как можно лучше - пусть для меня и непривычно фотографировать... костюмчики.

Я ведь та еще перфекционистка, пусть и только в работе.

Дома у меня может быть бардак, а я могу сидеть в футболке, заляпанной соусом от пиццы, и сопливо рыдать над мелодрамами. Или забыть помыть голову и обновить маникюр. Не слишком трепещу над своей внешностью и стилем, не складываю в ровные выглаженные стопки вещи в чемодан, имею четыре лишних килограмма -это в лучшем случае - а когда пью, оставляю на бокалах жирный след помады.

И да, пью я не травяной чай.

Зато я всегда уверена, что снимки, которые видят мои клиенты, идеальны. Что на них изображено их лучшее, внутреннее, живое. И при взгляде на эти фото люди могут только восхищаться собой, не переживая, что где-то образовалась складочка, а там нос длинный, ноги же - не достаточно.

Почти возвращаю себе спокойствие и нажимаю на кнопку.

Лифт возносит меня на предпоследний этаж, где, наверняка, обитают сплошь небожители.

Я почти не ошиблась - вокруг настолько светлые и блестящие поверхности, что в них отражается каждый мой прыщик. И парящий посреди ресепшн с девицей неземной красоты.

Интересно, если я молча пялюсь на нее несколько мгновений, в какой ступор она вводит мужиков? Своими светлыми локонами, сдержанным макияжем на потрясающем лице, пухлыми губами и бесконечными ногами?

Даже завидовать не могу.

Это как Грейс Келли и её грация.

Как Феррари и улыбка Бреда Питта.

Как фильм «Унесенные ветром».

Такое недостижимое совершенство, сродни искусству, которому можно только радоваться... ну, что оно существует в нашем бренном мире.

Меня провели по пустому коридору - может Зимин этот вообще весь огромный этаж занимает? Где офисная суета? - до приемной.

Они издеваются? И это в тот день, когда я должна чувствовать себя на все сто?

Я снова едва не зарычала от досады. Потому как перед нужным кабинетом идеальная платиновая блондинка сменилась на не менее идеальную жгучую брюнетку в строгом костюме. Эдакую училку из фильмов для взрослых с самым раздутым бюджетом.

Брюнетка холодно улыбнулась мне, проворковала что-то в селектор, а потом пригласила меня войти.

В святая святых я шагнула почти робко. И в третий раз за сегодня замерла.

Ладно девицы. Я, в конце концов, традиционной ориентации, могу мимо пройти. Но мимо того, кто вежливо поднимался из-за стола...

Черт, я видела такие манеры только в фильмах!

...пройти было не возможно.

Потому что светловолосый мужчина на мгновение показался мне самым желанным лакомством на свете.

Он был одновременно корочкой от пиццы, которую только что достали из печи, и моим любимым домашним наполеоном с тридцатью тончайшими пропитанными слоями. Да, все знают насколько вредно второе, а первое итальянцы и вовсе придумали для того, чтобы начинка не расползалась.

Но я не знаю ни одного нормального человека, который бы от этого мог отказаться.

А еще Зимин выглядит как мужчина с обложки. С идеально уложенной прической, в очках без оправы и в костюме стоимостью больше, чем мой фотоаппарат. Который стоит очень дорого.

Рот наполняется слюной...

Идиотка! Ну о чем я думаю? Он из тех, кто встречается с шикарными моделями или актрисами. Или единственными наследницами многомиллионных корпораций. А я... а у меня за плечами брак с идиотом, парочка престранных историй, тиндер и периодически получаемые через сайты знакомств фотки мужских достоинств.

Я вздыхаю, усмиряя некстати вспыхнувший аппетит, и делаю несколько шагов вперед, растягивая губы в не слишком натуральной улыбке.

И, зацепившись за ковер, с идиотским криком падаю вниз, приземляясь на четвереньки.

Я даже не успеваю выругаться, а меня уже поднимают крепкие мужские руки. Хочется хоть ненадолго в них задержаться, но все происходящее и так слишком... слишком.

Я на четвереньках и с задранной юбкой в кабинете Большого Босса. Хорошо хоть камера в мягкой сумке.

Оля, вот почему с тобой всегда так?

Распрямилась и уставилась на Зимина.

Дурацкая ситуация. Дурацкие каблуки. И ковер тоже дурацкий. А вот мистер Грей нереально хорош... Его серые глаза за прозрачными стеклами внимательны и даже участливы, а губы шевелятся, выражая беспокойство, что я могла ушибиться.

Кажется это не могу быть я, которая хрипло произносит:

- У вас тоже есть тайная комната?* (Оля почти повторяет сцену знакомства героев из "Пятидесяти оттенков серого", прим. автора)

- Простите?

Он смотрит на меня с откровенным недоумением, явно не понимая, что я такое, почему говорю эти глупости и что вообще делаю здесь.

Уши горят. Я отступаю на шаг, едва снова не падаю и, кляня себя внутри на все лады, бормочу:

- Это вы простите... и все такое. Я пыталась пошутить - не получилось. Обычно это делаю лучше. Вы ведь, конечно, ничего такого не смотрели и не знаете...

- Я не совсем понимаю...

- Ну еще бы! - вырывается нервное.

- Вы что, еще и обвиняете меня в том, что я не поддерживаю ваши странные высказывания? - холодный голос вмиг отрезвляет.

Ага, вот и раздражение. Не такой уж ты и идеальный...

Хотя будем честными, я сделала все для этого.

- Нет, - говорю твердо. - В общем, еще раз извините. Я растерялась. А сейчас собралась и готова приступать.

Осмотрела кабинет и просеменила к двум белоснежным кожаным диванам, стоящим друг напротив друга. Поставила туда сумку, обернулась и спросила, стараясь предать себе деловой вид:

- У вас есть пожелания по съемке?

- Разве мой секретарь не передал?

Хмурится. И челюсти сжимает. Ой-ой-ой, похоже я его и правда сильно раздражаю. Как и все происходящее.

Судорожно попыталась вспомнить, давал ли мне Игорь какие бумаги - обычно, если у заказчиков есть определенные требования, их вносят в специальную анкету - но ничего не вспомнила.

- Там общие сведения, - постаралась мило улыбнуться и скрыть смятение, - А я бы хотела услышать ваше мнение...

- Меня вполне устроит использование общих сведений.

Черт. Кажется, он специально. И смотрит так пытливо, будто уже давно меня раскусил, что я не на своем месте и кроме его имени ничего не знаю. Интересно, что у него за профессия и должность? С таким взглядом и внешностью следует работать по меньшей мере Бондом...

Но я тоже могла быть упрямой и догадливой

- Вам нужно выразить корпоративный стиль, - сказала с уверенностью, которую не ощущала. - Показать собственную экспертность. Ауру властного властелина... -черт, последнее, судя по его вздернутой брови, говорить не стоило. - Это все понятно. Но мне хочется показать и вашу личность. Вот что вы любите?

- Э-м... в какой области?

- Есть, пить, спать, смотреть... Давайте начнем с еды.

Я, наконец, почувствовала себя в своей стихии. Распаковала технику и прикрутила нужные объективы. Невозможно ведь поставить или посадить человека и тут же "увидеть" его по-настоящему, подобрать верный ракурс, раскрыть - нужны зацепки, диалог. Нужно разогреть клиента. Вызвать в нем эмоции.

Хоть какое-то доверие по отношению к фотографу.

С диалогом и доверием пока было плохо. Как и с эмоциями - кроме недоумения, надеюсь, хотя бы не брезгливого, я в нем ничего не распознала.

Скорее всего Николай работает по-другому. И вообще эти два сухаря нашли бы друг друга. Но... я пришла к выводу, что если хочу получить что-то достойное, буду делать как привыкла. Хуже не будет. Точнее, снимки будут даже лучше.

- Я люблю мясо... и крепленые вина, - протянул он после паузы нехотя, - Но не понимаю, какое имеет это отношение...

- Представьте, что вам сейчас принесли сочный стейк и ваше любимое вино, - я уже приготовилась и посмотрела на него через видоискатель. М-мм, хорош. Да и я чувствовала себя почти замечательно - все-таки камера была сродни волшебной палочке и плащу невидимке одновременно.

Давала возможность исчезнуть и остановить мгновения чужой жизни.

- И что? - Зимин был сбит с толку.

- И то, что оно вот, перед вами... Как вы будете смотреть? Как потянетесь?

- Вы издеваетесь?!

Щелк.

- Разгневанное лицо вам идет. - улыбнулась довольно. - А теперь вернемся к мясу. Получится изобразить вожделение?

3

Савелий

Когда Артем заявил, что нашей компании пора бы стать более открытой и публичной, я, хоть и согласился, еще не знал, чем мне это грозит.

Не понял, что мне ТОЖЕ придется стать более открытым и публичным.

Ладно бы интервью в финансовых журналах и выступления на форумах. Даже участие в благотворительных вечерах я, пусть со скрипом, но выносил. Но только открытость также подразумевала наши лица чуть ли не на всех корпоративных носителях, пресс-конференции и регулярное появление в Инстаграме компании под лозунгом «у большого бизнеса есть лицо». Судя по тому, что там пару раз мелькнула спина Артема в тренажерном зале - кстати лайков на тех фото было рекордное количество - у бизнеса не только лицо оказалось важным.

Но почему именно в декабре, когда мне нужно подводить итоги года и работы чуть ли не вдвое больше, чем обычно, нам понадобилась идиотская фотосессия, чтобы заполнить контент?

Ярославу я тревожить не решился.

Глубоко беременная вторым ребенком рыжая сделалась настолько несносной, что с нее сталось бы заставить меня позировать в самых необычных образах. На мой осторожный вопрос, как у нее со временем, Яся тут же заявила, что она готова хоть сегодня приехать, и что я прекрасно буду смотреться в шапочке Санты и свитере с оленями.

-А твою помощницу мы нарядим резиновой снегурочкой из секс-шопа... ой. ей даже наряд не понадобится, аха-ха.

Так что пришлось положить трубку. И поручить той самой помощнице - нормальная она, почему все меня подкалывают по ее поводу? как будто за красоту в приемную посадил - найти какую-нибудь молодую и амбициозную компанию.

И только когда вместо обещанного «серьезного молодого человека» в кабинет зашло что-то кудрявое, шумное и в странном коротком платье, напоминающим детский матросский костюмчик, я подумал, что рыжая была бы не худшим вариантом.

А потом и преисполнился к Ясе благодарности. Потому что жизнь с ней подготовила меня к таким вот сюрпризам.

А еще я понял, что испытывают окружающие при появлении рыжей...

Вот только блондинка фотограф раздражала, а не умиляла меня, в отличие от сестры. Шок от ее раскинутых конечностей и оттопыренной задницы на моем ковре прошел быстро. А дальше пришлось сдерживаться, потому что меня категорически не устраивали её странные замечания про какую-то тайную комнату, то, что она оказалась совершенно не готова к съемке и даже не посмотрела анкету, и то, что говорила нелепости и делала все, чтобы вывести меня из себя.

Нарочно.

Она жаждала моих эмоций! А мне хотелось за выделенный час показать, насколько серьезно я отношусь к бизнесу, раз уж пришлось это делать.

Она грубо шутила... А мне приходилось делать вид, что я не желаю немедленно вызвать охрану и вернуться, наконец к работе. И обычной жизни.

А потом блондинка и вовсе заявила, что я должен изобразить вожделение. К мясу.

К несуществующему в данный момент набору красных мышечных волокон.

Это стало последней каплей. Я резко развернулся и потянулся к селектору, чтобы попросить Валентину проводить мою... гостью, но та уже нахально подлезла мне под руку и сделала несколько кадров. И воскликнула чуть ли не на ухо мне:

- Просто отлично! Ц - целеустремленность. Вот. смотрите. И сунула под нос цифровую картинку.

А я замер на мгновение. Потому что от нее пахло... чем-то сладким и ванильным. Вкусным.

Только потом смог сфокусироваться на фото.

Хм... а выглядело неплохо. Вполне по-деловому и живо...

- Когда мы показываем лицо бизнеса, - затараторила девушка - черт, как же её зовут? вся эта суета не позволила нам даже толком представиться! - Мы показываем эмоции, которые испытывают люди, занимаясь им или видя его результаты. Второе - в случае ваших клиентов. Первое - в случае сотрудников. Это даже не закулисье... это лучше! Человек, который потом посмотрит ваш сайт или пост или рекламу, примерит на себя то, что вы чувствуете. Поймет вас, на мгновение ощутит, что вы можете стать его другом, потому что в каких-то моментах он такой же как вы, а вы - как он. И проникнется к вам доверием - мы склонны доверять в таких ситуациях. Понимаете?

Как ни странно - да. Я ее понимал... и мне даже понравилось то, о чем она говорила. Интересно, эта неординарная девица прочитала таки задание для агенства или все делает по наитию?

- Вот вы например. Ужасно суровый и строгий... эм, руководитель... Все-таки по наитию.

- Вы даже не знаете моей должности? - спросил вовсе не зло, но у нее аж кудряшки подпрыгнули, а щеки покраснели.

Мило. Я и забыл что девушки могут краснеть.

- Руководитель подойдет, - сказал вполне миролюбиво.

- Ну вот. Хорошо. В общем, Большой Брат... тьфу, босс. Такой неприступный с виду... Суровый. Вы как себя на совещаниях ведете? - Нормально веду, - буркнул

- Стоите, сидите?

- Встаю, когда мне надо донести что-то до подчиненных.

- Отлично, вставайте возле стола, - она неожиданно крепко схватила меня за руку и подтащила к нужному месту. - А теперь представьте, что вы на совещании.

- И вожделею подчиненных? - спросил с сарказмом, но удивительная девица даже не заметила. Отмахнулась только - отмахнулась от меня! - и наставительно произнесла:

- Вожделеем - мясо. Подчиненных - поучаем... и что там еще делаем?

- Ругаю?

- Отлично. Вот, представьте что перед вами подчиненная. Ругайте меня.

Бред. А может еще и отшлепать? Кажется она подумала о том же, потому что снова покраснела.

- Ну хорошо, - сдался со вздохом. И решил схитрить, - Как вас по имени-отчеству?

- Ольга... Ольга Анатольевна, - преподнесла мне свое имя как великую ценность.

- Ольга Анатольевна, в чем дело? Что за убожество вы подсунули мне вместо отчета?! - сказал жестко и холодно, вполне вживаясь в роль и не повышая голоса. Я его в принципе никогда не повышал, даже когда ругал кого-то. Как правило, люди вокруг реагировали на подобный тон однозначно. Тушевались и начинали что-то бормотать в оправдание.

А вот Ольга Анатольевна, не прекращающая щелкать затвором - причем она даже не смотрела в видоискатель! - протянула:

- Ва-ау... Вы такой охренительный когда это делаете...Ой, простите.

Я моргнул.

И зашел за стол чуть дальше. Потому что от её этого «вау» у меня что-то шевельнулось внутри... что-то определенное.

Черт, никогда в такие идиотские ситуации не попадал!

- Отлично, - посмотрела девушка на картинку, - а теперь... Похвалите Ольгу Анатольевну?

- Эм-м...Конечно. Я...В общем, Ольга Анатольевна, наша компания благодарит вас и...

- А вы?

- Что я?

- Благодарите?

-Ну... да.

- Так благодарите... от себя.

И так внимательно посмотрела в ожидании и так улыбнулась счастливо, когда я сказал очередную глупость, что мне вдруг захотелось эти глупости продолжать говорить...

Работа закипела. Я то "возвращался в кабинет отдыхать от трудов". То пил кофе. С умным видом щелкал мышкой. Задумчиво стоял у окна и смотрел на город. Поосматоивал какие-то бумаги.

И все под непрекращающиеся щелчки затвора.

То, что каждой следующей фразой Оля ставила меня в тупик - а это, между прочим, было не так просто сделать - мне уже не мешало. Больше мешало некоторое возбуждение, которое я не должен был испытывать... но почему-то испытывал. И в какой-то момент меня даже охватил азарт, и я включился в придумывание ситуаций, которые теоретически могли произойти на рабочем месте.

Но был честен с самим собой - этот азарт был связан не с фотосъемкой как таковой, а с тем, насколько увлеченно работала Ольга.

Хотелось наблюдать за этим процессом бесконечно долго.

Как она замирает возле меня в самых странных позах, пытаясь поймать нужный ракурс. При этом её юбка может задираться, демонстрируя мне стройные ноги.

Как откидывает явно мешающие ей волосы - у меня возникло ощущение, что такая прическа для нее непривычна.

Как сосредоточенно прикусывает губы, просматривая сделанные фотографии.

Как улыбается, когда видит особенно удачные кадры. И даже хлопает, когда я, по ее мнению, совершаю что-то особенное.

В какой-то момент она осмелела настолько, что подошла ко мне близко-близко, снова обдав своим сладким и теплым ароматом, стянула очки, взъерошила волосы и распустила галстук, пока я сидел, вцепившись в подлокотники кресла, настолько... живые картинки встали у меня перед глазами.

- Один из пятидесяти просто... - пробормотала Ольга, отсняв мое «послерабочее» состояние. Хотя в некоторых местах оно было вполне рабочим...

- Простите? - переспросил я неожиданно хриплым голосом. - О чем вы?

-О... - она сжала губы так, будто не планировала объяснять, но потом все-таки выдала нехотя. - Случайно вырвалось.

-И?

- Это игра такая, - сдалась, - В общем, между девочками. Надо посчитать, с кем из пятидесяти случайно встреченных за день мужчин ты бы хотела...ну...В общем, кого ты считаешь настолько сексуальным, чтобы...

- Понял, - проговорил быстро. А потом будто не я, а кто-то друго произнес, - Так вы считаете меня сексуальным?

Дико глянула на меня, открыла рот...

- Савелий Витальевич, - ожил селектор, - Игорь Дмитриевич и его помощник подошли, я проводила их в конференц зал.

- Да-да. конечно.

Морок рассеивался, тем более, что девушка глянула на часы, всплеснула руками и начала так быстро разбирать и складывать камеры, объективы и аксессуары, что я едва успевал отслеживать движения её рук.

- Простите, что так долго... Мы же на час планировали... О чем она?

Я тоже посмотрел на часы и изумленно поднял брови. Почти два часа! А я и не заметил, как прошло время.

В этот момент её телефон тренькнул, Оля прочитала сообщение и нахмурилась.

- Что-то не так? - мне захотелось узнать, все ли у нее в порядке.

- Все просто прекрасно! - помотала головой, разметав и без того растрепанные волосы. - Просто опаздываю очень.

- Следующая съемка? - спросил небрежно.

- Н-нет... свидание. - она почему-то отвела взгляд, а я, почему-то, почувствовал себя обманутым.

Глупость какая...

- Если нужен водитель... - выдавил из себя.

- Нет! Что вы! Я побегу! Свяжусь с вами... то есть наше агенство свяжется с вашей компанией и передаст получившиеся снимки. Спасибо за сотрудничество! Приятно познакомиться... было.

Она вылетела из кабинета, едва не упав снова по дороге.

Затянул галстук, надел очки и отправился в конференц-зал.

4

Ольга

Я идиотка? Определенно...да.

Господи, сколько же бреда я вывалила на этого Савелия! Нет, понятно, многое из этого бреда сработало - все-таки я была профессионалом - но даже я, порой, ловила себя на мысли, что это слишком.

Все.

И прежде всего он был слишком... Слишком красив, ухожен, умен, выдержан и... не знаю, благороден, что ли. Он как-будто из Англии какой-нибудь приехал, причем не нашего века.

Джентельмен голубой крови.

Вздохнула. Кажется, надо мной нависла угроза психологической травмы.

Передоз Савелием Зиминым налицо

Так, надо забыть и развидеть его... но, вопреки собственным мыслям, я принялась просматривать фотографии. Сразу удаляла наиболее неудачные снимки - вс только таких, будем честными, оказалось немного. Савелия Зимина, ко всем его грехам, даже камера любила.

Строгий профиль, четко очерченные скулы, трехдневная щетина, тщательн выверенная прическа и строгий вид. Только на последних кадрах, где я сняла с него очки и взъерошила волосы - боже, надеюсь агенству не впаяют иск за домогательства на рабочем месте?! - он выглядел более расслаблено, молодо. Сексуально.

И категорически желанно.

- Приехали.

- Что? - переспросила, не желая отрываться от сказки.

- По адресу приехали. - раздраженно бросил водитель и до меня дошло, наконец что он имеет в виду.

Черт!

Ну о чем я думала, а? Почему вместо того, чтобы достать косметичку и привести себя в порядок, я таращилась на недостижимого для меня блондина?

И ведь не попросишь подождать еще - я и так опоздала, да и стоянка здесь был запрещена, таксист уже недовольно барабанил по рулю. Ладно, не факт, что мой визави вообще пришел... или что он окажется тем, кого я представляла себе по переписке.

Может от него вообще воняет.

Черт, а он ничего. Ну, в смысле, соответствует своему фото. Приятный шатен, сидевший за столиком у окна, широко улыбнулся на мое появление. А я попыталась одновременно снять верхнюю одежду, шапку, положить кофр с аппаратурой, пригладить волосы, взять меню... Понятное дело, что выглядело это невнятной суетой, ничуть не добавившей мне очков.

Гадство.

Чуть не расплакалась, а Михаил...

- Я тоже волнуюсь, - сказал мне, улыбаясь, помог таки выпутаться изо всех моих пуховиков, молний и ремней и отодвинул стул.

- Прости еще раз, - я выдохнула. - Работа... иногда так бывает

- У меня тоже, - кивнул он важно.

Миша был программистом в крупной компании. Почему-то я представляла себе программистов другими - лохматей, моложе, сутулей даже... Но Миша производил впечатление взрослого и спокойного человека, который, к тому же, не брезгует спортом. Короткий ежик волос не требовал укладки, на округлых щеках уже проступила щетина, а качественный светло-серый свитер, который можно было носить круглый год и в пир и в мир, характеризовал его как человека не зацикленного на моде.

В общем, он оказался замечательным. Правильным. И категорически подходящим для долгого романа.

Так что я сосредоточилась на том, чтобы очаровать своего нового знакомого. Нельзя сказать, что получилось безоговорочно и сразу - я неловко шутила, между нами, порой, провисали паузы, когда мы искали темы для разговора, а на моем платье почти сразу повис лист салата, когда я нечаянно промахнулась вилкой мимо рта...

Но потом мы оба расслабились и стало совсем легко. Я понимала почему.

У меня была своя теория, что именно позволяет людям зацепиться друг за друга с первой-второй встречи. И принять для себя решение - стоит ли изучать друг друга дальше.

Если не делить мужчин и женщин по увлечениям, темпераменту, характеру, а воображать на некой социально-сексуальной лестнице, то мы с Михаилом стояли примерно на одной ступени. Окажись он или я сильно ниже - нам бы не захотелось спускаться.

А если бы выше, как Зимин...

Черт, ну почему я о нем вспомнила, а?!

Я так разозлилась, что выдала откровенную дичь, и Миша замер, с недоумением посмотрев на меня. Что, понятно, не способствовало душевному равновесию.

Так, Оля, успокойся. Из-за слишком бурного воображения ты можешь упустить шанс узнать ближе реального парня - ну, скорее, мужчину. Михаилу было уже за тридцать пять.

Извинилась и разговор вернулся в мирное русло.

Что ж, стоило признать - Тиндер на этот раз сработал как надо. Он оказался и правда очень приятным собеседником, и со мной даже не случилось всех этих страшилок, которые должны случаться с девушками под тридцать на первом свидании. По закону подлости. То есть никто не заставил меня «по-европейски» оплачивать счет пополам, не оставил с этим счетом одну, так что мне пришлось бы полночи мыть посуду, не начал склонять к немедленному МЖЖМММ и не проявил себя сексистом и женоненавистником.

Все было замечательно. Даже то, что после ужина меня довезли с комфортом до дома на поддержанной иномарке и чуть неловко поцеловали в щеку перед подъездом.

Так почему у меня нифига не замечательное настроение? Скорее... странное.

Я зашла в свою небольшую, но очень уютную квартиру, со стоном удовольствия стянула мерзкие каблуки - выкинуть их сейчас или подождать до завтра? - и пустила в ванну горячую воду, надеясь смыть с себя этот бесконечный день.

Таня прислала сообщение, в котором интересовалась, как все прошло, но это я точно оставлю до утра.

Погрузилась в горячую пенную воду с головой и счастливо вздохнула. Уф-ф. Я в полном изнеможении.

Вот вылезу сейчас, зароюсь в постель и буду спать сколько влезет Завтра съемок нет - мне надо обработать и сдать уже готовые фотосессии - потому меня ждет спокойный завтрак... ну если что найдется в холодильнике, все-таки хозяйка из меня так себе. И спокойный день, благо нам позволительно - и даже приветствуется - работать из дома.

Конечно, если следовать советам Татьяны, мне следовало еще полчаса втирать себе в задницу крем от целлюлита, затем делать массаж лица, чтобы победить силы гравитации, уже подбирающиеся к моему подбородку, и дальше, по плану -интеллектуальное чтение, чтобы поразить своего избранника интеллектом... Но в последний год у меня все чаще возникало ощущение, что Таня, слегка пришибленная семейным счастьем и двумя декретами подряд, перечитала женских журналов и. поскольку ближе подруг у нее не было, испытывала на мне их советы чисто из любопытства и желания развлечься.

Так что я решила, что пусть мое тело и мозги сегодня побудут далекими от идеала.

Утро благодаря этому решению задалось. А на кухне даже нашлись яйца, сыр и кофе. И довольная и выспавшаяся я села за стол, открыла фоторедактор и принялась загружать снимки в порядке очередности, предвкушая, как буду корректировать пушинки на свитерах с оленями и ставить свет...

И плюнула на очередь, открывая вчерашние кадры.

На большом экране Савелий Зимин смотрелся так, что мне захотелось облизать компьютер.

Преступно вот так выглядеть в свои... ну не знаю, тридцать наверное. Да еще и в российской действительности.

Я провела пальцами по ноутбуку, очерчивая его нос, брови и довольно чувственные для такой внешности губы и принялась за легкую обработку - тени, кадрирование, глубина, ч/б... Я всегда старалась фотографировать так. чтобы не пришлось потом видоизменять и препарировать снимок до бесконечности, и с этим мужчиной это оказалось очень легко... Очень.

Он был из тех, кто не будет заваливаться в трениках с пузырями на диван, требовать жареной картошки и вечерами смотреть телек. Нет, скорее он будет летать на частном самолете, работать до полуночи, готовить своими идеальными руками идеальные стейки на вылизанной домработницей кухне и, сидя на кожаном диване в своем кабинете с бокалом коньяка в руке смотреть, как его идеальная секретарша медленно расстегивает пуговицы на блузке...

Почувствовав отвращение к своим мыслям и к раздражению, которое эти мысли вызвали, я стиснула зубы и в рекордные сроки завершила обработку.

А потом отправила ссылку Игорю, удалив все файлы со своей флешки.

Пока-пока, господин Зимин.

Дальше нам не по пути.

5

Савелий

- Тебя тоже тошнит от самодовольства этих едва-едва-женатиков?

Вопрос Ярославы прозвучал странно. Даже для нее.

Я отставил бокал с вином и осторожно уточнил:

- У тебя все хорошо с твоим Броневым?

- А почему у нас может быть плохо? - она настолько искренне удивилась, что от сердца отлегло. Я бы точно не был рад, если бы моя сестра - пусть не по крови, но это давно уже никого не волновало - вдруг оказалась несчастна в браке. Их история с Павлом стала для нас полной неожиданностью - никто не предполагал, что могут сойтись настолько разные по темпераменту, характеру и даже комплекции люди. Но то, как они любили...

- Тогда о чем ты?

- Вот об этом, - она кивнула в сторону и закатила глаза, всем своим видом демонстрируя, что ее подташнивает отнюдь не потому, что она на восьмом месяце беременности.

Под «этим» подразумевался старший брат Артем. Выглядевший абсолютно сахарным - что для него вообще не характерно - и слегка невменяемым в данный момент Причем добиться от него информации, что именно ввергло его в такое состояние, нам не удалось.

- Представляешь, - Яся заговорила таким громким «шепотом», что к ней прислушивалась половина ресторана. Ну невозможно было спрятать этот ликующий голос, - Он дает мне советы относительно семейной жизни. Мне. Советы. Только-только сам встал на этот путь, и уже читает проповеди, как те пасторы в американских церквях, что своими словами поднимают инвалидов из колясок.

- Я, между прочим, здесь тоже присутствую и вообще гораздо более опытен в плане брака, - ничуть не обиделся Артем и включился, наконец, в беседу.

- Количество твоих браков говорит как раз против тебя, - не осталась в долгу Ярослава, - а твое присутствие весьма опосредованно.

Тема только засмеялся, а потом вдруг перевел взгляд на меня.

- Боюсь, что у тебя теперь тоже без вариантов.

- Ты о чем? - я опешил.

- Яся, Тоха - а он между прочим гораздо младше, я, - он загибал пальцы, пока не остался указательный, которым, собственно, в меня и тыкнул, - Теперь только ты у нас не оприходован.

- Не надо меня оприходовать...- я покачал головой, - не волнуйся, старой девой в окружении кошек не умру.

- Отстань от него, - поддержала меня Ярослава, - даже если он умрет старым холостяком в окружении антиквариата, это не наше дело.

- И все же я считаю

- Тем. Ты опять слишком много на себя берешь, - возразила рыжая мягко. -Уверена. Савелию вполне достаточно всех этих невменяемых спутниц, которых он регулярно демонстрирует на приемах.

- С чего это они невменяемые?! - возмутился.

- Напомнить? - хихикнула Яся и тоже принялась загибать пальцы. Ненавижу эту их идиотскую манеру! - Валерия-из очень-хорошей-семьи. От ее рассуждений на тему высоких материй и не менее высокого искусства засыпал даже ты. Ангелина-почти-мисс-Санкт-Петербург. Корону на голове было видно за километр. Галина-бизнес-леди-года. Она оказалась даже умнее тебя и всячески это демонстрировала.

Я только пожал плечами:

- Они хорошо выглядели, умели себя держать на публике, устраивали меня в постели и - иногда - в путешествиях.

- Вот! - задрала свой маленький пальчик рыжая. - В том и дело. Ты ужасно расчетлив и продуман. Потому в твоей жизни и не происходит настоящего романа -каждая из твоих девушек будто проходит в твоей голове суровый отбор по определенным параметрам. И ты не позволяешь себе ни единого шага вправо -влево.

- Но я так привык, - смутился чуть. - Я так... в принципе живу.

- Я знаю, - мягко улыбнулась Ярослава, - просто предлагаю... смотреть иногда на мир с другой точки зрения.

- И это называется «Не дави на него!», - расхохотался вдруг Артем, а рыжая смутилась, что также было большой редкостью. - И кстати, это так, чисто ради интереса, с кем ты пойдешь на корпоратив?

- С Ксенией-ресторанным - и не только - критиком, - пробурчал, передразнивая сестру, - У нее между прочим великолепные познания в области искусства, незримая корона, а еще она исключительно умна.

- Божечки, на что ты нас обрекаешь, - тоже расхохоталась Яся и подняла руки в миротворческом жесте, - все. обещаю, больше ни слова не скажу по поводу твоих девиц. Максимум - буду здороваться с ними.

Ксения была на самом деле не так уж плоха. Что там - действительно хороша. Я познакомился с ней случайно в ресторане и сразу заинтересовался высокой и худощавой брюнеткой моего возраста. Она ярко красила губы, интересно рассказывала про кухни разных стран и была весьма страстной в постели, а также ненавязчивой в жизни. Мы с ней встречались... четыре? пять месяцев? и, как я полагал, были абсолютно довольны друг другом.

Ну да, она подходила мне по всем параметрам, и мы оставались весьма сдержаны в проявлении каких либо чувств. Разве это плохо и скучно? Напротив, спасает от неприятных сюрпризов и выяснения отношений. И вообще, любовная лихорадка и прочие глупости не являются свойством моего характера - с чего мне его менять. А на спонтанные поступки я способен...

Посмеиваясь над собой написал Ксении и пригласил ее завтра пообедать вместе, чего не делал... да в общем-то никогда. Мы, как правило, сильно заранее согласовывали свои графики.

Два очень занятых взрослых человека в большом городе.

- Ваш кофе. Отчет, который вы просили. Вот это договора по новой компании - я предупредила юридический отдел, что пока вы не просмотрите их лично, они не должны ничего визировать. - моя помощница была как всегда безукоризненна и прекрасно выглядела. Несмотря на семь тридцать утра, - И флешка... я скачала на нее ваши фотографии, так что вы сможете посмотреть когда вам удобно, а не скачивать по ссылке.

- Фотографии? - нахмурился. А потом вспомнил. Несколько дней назад. Кудряшки, фееричное падение и необычное послевкусие, оставшееся от общения с девушкой-фотографом.

- Да. С этой странной... фотосессии.

Прости? - посмотрел на помощницу с недоумением. Во-первых, я не спрашивал ее личного мнения. Во-вторых, ее последняя фраза прозвучала пренебрежительно. А в-третьих... она точно должна была изучать мои снимки? Хотя что это я... не буду же я сидеть и выбирать, что и на каких носителях располагать. Этим займется маркетинговый отдел.

- Просто вы там... - помощница смутилась. Похоже, она не рассчитывала, что ей придется объясняться, - Другой.

Я кивком головы отпустил девушку, взял отчет, документы... А потом со вздохом отложил их и покрутил в руках флешку. Мне и правда стало интересно. Загрузил фото, отпил глоток горячего напитка... и едва не выплюнул его. увидев первый кадр.

Твою ж...

Это я? Точно?

Никогда не было привычки любоваться собой и уж точно никогда я не считал себя сколько-нибудь красивым или сексуальным, но... Эта девочка, она, похоже, вытащила из меня то, о чем я даже не подозревал. Первое фото было из последних на сессии, там где я растрепан и уже лишился галстука.

Интересно, она действительно так меня воспринимает? Таким... горячим? А вот здесь... уверенным и немного уставшим? Чутким? Строгим? Немного надменным?

Со все возрастающим удивлением я смотрел на свои-чужие кадры и будто знакомился с собой. А потом закрыл программу и выдохнул.

Я не слишком разбирался в фотоискусстве, но то, что передо мной качественный -очень - продукт понял. И хоть оказался не готов к такой... откровенности с окружающими, но это, похоже, было именно то, о чем говорил Артем. Бизнес с открытым лицом.

Пусть я и не был уверен, что это мое лицо.

Дальше работа пошла по накатанной. И настолько пошла, что я вспомнил про обед, на который сам же пригласил Ксению, только когда на личный номер пришло сообщение, что она уже на месте.

Нехотя оторвался от бумаг, надел пальто и быстро вышел.

Захотелось спонтанности? Терпи. Хорошо хоть практичности хватило назначить встречу в ресторане неподалеку - здесь пару минут хотьбы.

В лифт то и дело заходили люди. Ну как же, обеденное время...

- Здравствуйте, Савелий Витальевич.

- Добрый день.

На память я не жаловался. Шатен был одним из наших сотрудников, из программистов.

Мы оба вышли из нашего здания, перешли дорогу, обогнули угол, и мужчина чуть смущенно пропустил меня вперед перед дверями ресторана. Меня ничуть не удивило, что он отправился обедать туда-же - ценник здесь был пусть и высоким, но мы хорошо платили сотрудникам, а порции и вкус блюд оставались выше всяких похвал.

Ксения сидела за столом возле окна и внимательно изучала плотную кожаную папку.

Я наклонился и мазнул губами по мягкой надушенной щеке.

- Неплохое меню, - она улыбнулась, - Со своей работой я порой забываю, что на свете есть места, где просто нормально кормят. Расслабляюсь только за границей.

- Посоветовать тебе что-нибудь?

- Не откажусь. Не слишком сытное - мы вечером дегустируем меню от нового ресторана.

- Прости что опоздала! - громкий и знакомый голос заставил меня обернуться. А картина, которую я увидел - замереть.

Через один стол от нас сидел тот самый шатен из лифта. А к нему стремительно приближалась... та самая Ольга Анатольевна.

Выглядела она. правда, немного по-другому. Рыжеватые волосы сколоты в небрежный пучок, на лице почти нет косметики - что сразу превращало ее в молодую девчонку А вместо короткого платья - свитер и широкие джинсы.

Интересно.

Мужчина помог ей сесть. Девушка почти упала на стул, задрала голову... и замерла. И я не сразу понял, что это потому, что встретилась со мной взглядом.

Поскольку я так и не сумел его отвести.

Глупо как.

Она неуверенно улыбнулась и кивнула мне в знак приветствия. Я тоже... кивнул.

И почти сердито схватился за меню.

Разговор с Ксенией почему-то не клеился. Нет, мы вполне мило беседовали о самых разных вещах - от вкуса салата до политической ситуации, но... я поймал себя на мысли, что это наша первая полноценная встреча в дневное время. И что без определенной социальной смазки в виде презентации, выставки, вина или же предвкушения секса все выглядит несколько... картонным.

А может мне мешал задорный смех «за кадром»?

- Я прекрасно провела время, - брюнетка улыбалась вполне искренне, - до пятницы?

- Нет... не получится, - не знаю, почему так сказал, - давай уже до субботы. Ты же все еще согласна составить мне компанию на корпоративном мероприятии?

- Конечно, - она многообещающе улыбнулась и встала первой. Ничуть не оскорбленная тем, что сегодня, вообще-то, понедельник. И я вовсе не стремлюсь встречаться с ней почаще.

Два занятых человека в большом городе.

- Я провожу тебя. Но мне надо сказать пару слов знакомым.

- Хорошо.

Удивляясь сам себе, я подошел к столу где сидела Ольга с моим сотрудником. Они, похоже, тоже заканчивали. Судя по десертам... двум десертам, которые стояли перед девушкой.

- Добрый день, - я был вежлив. - Я буквально... на минутку.

- 3-здравствуйте, - кивнула фотограф. И вдруг улыбнулась обезоруживающе, - А я никак не могла выбрать между двум десертами. И вот... теперь придется есть оба.

- Хорошее решение, - помедлил. А потом выдал то, что и сам от себя не ожидал, - Я забыл сказать своей помощнице, чтобы она связалась с вами... с вашим агентством и назначила новую встречу

- Вам не понравились снимки? - она явно расстроилась.

- Понравились, - вдруг понял, что не лукавлю, - Это... по поводу дальнейшего сотрудничества.

- Сотрудничества?

- Да, - сказал твердо, как будто это нормально, когда руководитель огромной компании собирается сотрудничать не с другим руководителем крупной компании, а с фотографом.

- Конечно, - пискнула. - А когда?

- Завтра, - получилось внушительно, - в обед. Прямо здесь... у меня нет другого времени. И простите что отвлек вас... от общения.

Я кивнул им обоим, а шатену... на шатена глянул только после того, как демонстративно посмотрел на часы. Обеденный перерыв-то закончился.

И бодро двинулся на выход, недоумевая, о каком сотрудничестве я с ней завтра буду говорить, с этой Олей.

6

- Это успе-ех! - довольно протянула Танька в телефонную трубке. - И заметь, он даже не пытается затащить тебя в постель!

- Так может это как раз и не-успех? - с сомнением спросила у своего смартфона. Тьфу, у подруги.

- Ой, вечно вы. женщины, так!

- Вы? - рассмеялась и откинулась на спинку кресла. Все-таки не зря я потратила кучу денег и купила себе самое навороченное - пятый час за компьютером, а спина до сих пор жива, - Себя ты уже не причисляешь к нашему племени? Окончательно перебралась в лагерь самодовольных женатиков?

- Ну да, и теперь уныло слоняюсь по дому, не зная, куда приткнуть Священные Сведения о том, как выйти замуж, - хмыкнула Танюша. - Я про другое. Вот попытайся он пригласить к себе после первого же свидания и... хм, напасть...

- Нападите уже кто-нибудь на меня! - хихикнула.

- Эй! Я серьезно! Так вот, ты бы сама плевалась и говорила, что мужикам надо только одно. А так... он явно хочет более конкретного продолжения. И в кафе вы встречались уже, и в кино он тебя на выходные сводил, цветы подарил, а сейчас я считаю следующий важный этап - пригласил на обед посреди явно занятого понедельника. Говорю же, это успех!

- Вообще ты права.

- А почему не слышу энтузиазма в голосе?

- Я просто... устала, - соврала, даже не моргнув глазом. И, воспользовавшись необходимостью работать дальше, нажала «отбой».

Просто мне стыдно было сказать своей лучшей подруге, которая печется о моем личном счастье больше, чем я сама, что никаких восторгов по поводу такого «успеха» я не чувствовала. И вообще мало что чувствовала по отношению к Михаилу.

Да, он был умен. Обходителен. Не заикался и не нес чушь. Обладал весьма достойным чувством юмора и доходом. Оказался действительно во мне заинтересован, но...

Черт, я наверное зажралась, но тот факт, что я не чувствовала никаких бабочек в животе или хотя бы просто здорового желания оказаться с ним наедине меня несколько напрягал.

Я уговаривала себя, что не все сразу. Что химия - это история молодости, а сейчас мне гораздо важнее надежность и возможность спокойно узнать человека ближе. Что эмоциональные качели хороши только в книгах, а Миша - реальный шанс для реальной жизни. Что мне тридцатник, и я, как любая нормальная баба, хочу семью...

Блин, когда я успела стать такой противной?

Остервенело задергала мышью, обрабатывая очередную фотосессию, а затем, слегка ошалевшая от мелькающих перед глазами кадров повалиться в кровать.

Чтобы мучиться там пол ночи от непонятных мыслей. Заснуть под утро, проспать, вылететь из дома, едва почистив зубы, чуть не опоздать на съемку и точно опоздать в приятный даже снаружи ресторан к Михаилу. И только там замереть, наконец, примерзнуть напрочь к стулу...

Потому что совсем рядом увидеть господина Зимина с девушкой-мечтой. Ну вы знаете, есть такие... стильные и изящные. Тонкие пальцы с дорогущими кольцами, кашемир, брендовая сумка, идеально уложенные короткие, темные волосы, негромкий смех, воздушный салат на тарелке и неброский макияж.

Они потрясающе смотрелись вместе.

Двое с другой планеты.

Мне кажется, все посетители на них любовались, а потом со вздохом возвращались в свою обыденность -к проблемам и тарелкам, полным вкусной и жирной еды.

От какой-то странной смеси тоски и бешенства, которая скрутила внутренности, я заказала гораздо больше, чем могла съесть. Даже десерта две штуки. И едва не опрокинула их, когда Савелий Зимин подошел к нам с Мишей.

- Откуда ты его знаешь? - спросил меня мой визави, с некоторым недоумением поглядывая в спину удалявшегося мужчины.

Блин, мне тоже хотелось посмотреть - ну, как пиджачок сзади сидит, например. Но я себя сдержала.

- Познакомились, в тот же день... что и с тобой. Я вместо другого фотографа делала ему деловые снимки.

Очень деловые, угу.

- Вот так совпадение, - добродушно улыбнулся мужчина, - а я работаю в его компании... В их.

- В их? - я постаралась сдержать жадное любопытство.

- Она принадлежит трем братьям Зиминым. Артем Витальевич - владелец и генеральный директор. Савелий - его правая рука и финансовый директор, ну и Антон...Несмотря на то, что он не живет в Москве, общаемся мы с ним чаще всего. Все что связано с программными проектами и с внутренними системами компании -его вотчина. - охотно пояснил шатен.

- Ты не выдаешь мне коммерческие тайны? - буркнула, недовольная сама не знаю чем. Может быть тем, что я тоже хотела иметь братьев, но после того как родилась крикливая и чрезмерно шебутная я, родители решили остановиться.

- Нет, конечно, эта информация в открытом доступе.

«Вот только я заставляла себя не лезть в Сеть и не искать что либо про этого Савелия. По рукам била... а тут ты с пояснениями», - подумала с изрядной долей яда. И еще, немного грустно, о том, что Миша ничуть не обеспокоился нашей завтрашней встречей с блондином. Потому что уверен - это будет совершенно деловая встреча.

И на другие причины мне бессмысленно рассчитывать.

Из чувства противоречия на следующий день я одевалась с особой тщательностью, пусть это и ненормально - относиться к деловой встрече как к свиданию.

Но засилье красоток вокруг Зимина - и не только вокруг него - вызвало у меня странную необходимость выглядеть хоть немного лучше.

А ведь если посмотреть правде в глаза, их влияние не только в этом... На каждом шагу я вижу модные магазины, рассчитанные на 180-90-60-90, фотографии с прибитыми намертво прическами, которые, я знаю, стоит дунуть ветру, будут легким облаком окутывать совершенные лица. Вижу намеки на потрясающий секс, который у этих мифических женщин каждую ночь, и дорогие машины, в которых их везут от утренней йоги на ланч к любимому...

Тьфу

Оля, официально, ты - дура.

Сняла каблуки, обула любимые кожаные ботинки, но все-таки оставила подчеркивающие ноги слаксы вместо джинсов, тщательно уложила привычный хвост и подкрасила глаза и губы. И признала, что выгляжу неплохо.

А вот Савелий Зимин выглядел сногсшибательно.

- Преступно мужчине иметь такие ресницы и внешность...

- Простите? - он поднял на меня изумленный взгляд серо-желтых глаз, и я, в который раз. мучительно покраснела.

Ну как я могла сказать такое вслух, а? Растерялась... и растеклась лужицей как последняя идиотка.

- Это во мне говорит фотограф, - выдавила из себя маловразумительное объяснение.

- Конечно, - моргнул он своими совершенными ресницами. Помог присесть, даже подал меню и поинтересовался мнением по поводу вчерашних десертов.

- Завтракал поздно сегодня, потому ограничусь кофе и сладким.

Настроение упало окончательно, стоило мне подумать, почему он поздно завтракал. Но я взяла себя в руки - как уж смогла. И когда официант принял у нас заказ спросила:

- Так о чем вы хотели поговорить?

- Мне... неожиданно понравилось то, что вы сделали со мной, - фраза прозвучала двусмысленно и Савелий поморщился, - В смысле мои фотографии. Пусть я и оказался не готов к этому...

- Полагали, я бездарность? - насупилась.

- Нет, просто у вас специфические методы, - примирительно улыбнулся. - И мне вдруг захотелось сделать сюрприз своим сотрудникам и клиентам, - я только не уверен, что мы уложимся по срокам. Понимаете, у нас новогодний корпоратив в субботу. И было бы здорово, если бы фото тех, кто работает в центральном офисе, оказались на большом экране. И все они были... в вашем стиле.

- В моем? - сделалось вдруг очень приятно и тепло. Да, я знала что у меня был свой собственный стиль и видение, но, как любой девочке и профессионалу, мне захотелось услышать подтверждение своей уникальности, - И в чем же он заключается?

Ой, блин. Кажется, мне удалось смутить совершенно невозмутимого Ледяного.

- Вы подчеркиваете... неожиданные черты характера, - сдержанно ответил блондин.

- Например, глубину и чувственность? - меня, конечно, несло, но я просто не могла отказаться от такого лакомства.

- Например, - откашлялся Зимин и отпил воды.

Интересно, почему он говорит все это мне лично в ресторане, а не его помощница по телефону Игорю? Но я решила, что, ради устойчивости моей психики, лучше не выяснять подробностей. Хотя у Игоря выяснить подробности пришлось.

Звонок в агенство занял порядка десяти минут, которые Савелий терпеливо провел, уткнувшись в свой телефон. Оказалось, что если заменить меня на одной сессии, а также немного сдвинуть другую, то в течение недели образуется несколько окон, которые я и правда смогу провести в компании братьев Зиминых.

А если мне при этом еще не спать по ночам, чтобы выбирать и править кадры, то я вполне успею к субботе все подготовить.

- Я согласна, - заявила, наконец, своему заказчику - безопаснее всего было думать именно так.

И мы оба, почему-то, ужасно обрадовались.

И даже десерт - раз уж я не трепетная лань и никогда ей не буду - показался мне намного вкуснее, чем вчера.

7

Ольга

- Нет-нет, пожалуйста, не обращайте на меня внимания.

Я нажала на «пуск», убрала камеру от лица, и, как только сотрудники решили, что их уже не фотографируют, и расслабили свои натужно-серьезные лица, сделала еще несколько снимков, не глядя в объектив и делая вид, что просто так тут стою.

Наверняка, те будут гораздо лучше и интереснее, чем постановочные. На которых все "активно работают".

Я же трудилась в помещениях компании уже третий день. Последний из отведенных мне. И была более чем довольна результатом своей работы, который ретушировала по ночам, тут же оформляла и пересылала ребятам, организовывающим праздничный корпоратив.

Да, мне дали критично мало времени, а люди, которых я должна была снимать в «рабочем процессе», оказались совсем не готовы к моему подходу.

Но я привыкла не спать, а они довольно быстро привыкли ко мне. К тому, что я могу неожиданно рассмешить их. Или попросить сделать что-то странное -например, встать на подставку и. балансируя на одной ноге, тянуться к верхней полке с папками. Или поливать цветы, вместо того, чтобы перебирать бумажки.

Людские жизни, они ведь сотканы из таких странных секунд. Как и компания - из мелочей и отношений.

Двое спорят о новом проекте возле ксерокса, забыв о том, что им нужны копии. Пять недопитых чашек кофе на столе у младшего юриста.

Сисадмин, закуклившийся в провода с отверткой в руках - лицо у него как у сапера, которому поручили обезвредить бомбу и спасти автобус, полный людей.

Идеальный секретарь, тихонько снимающая под столом свои невозможные шпильки.

Уборщик, танцующий в наушниках со шваброй, пока его никто не видит.

Парень и девушка, пришедшие на собеседование в отдел кадров и умудрившиеся закадрить друг друга.

Курьер с горой пакетов с новогодними поздравлениями - и елка, наряженная тысячей разноцветных канцелярских скрепок.

Немолодая бухгалтер за горой папок, чье лицо прекрасно и светится в тот момент, потому что ей позвонили и сказали, что у нее родилась внучка.

Насупленный сотрудник отдела продаж возле графиков лучших продажников - его фамилии там нет, зато в его глазах - требовательная уверенность, что в следующем месяце он там окажется.

Совсем молодые стажеры, выбегающие из лифта с мороза и отряхивающие снег со своих вязаных шапок.

Артем Зимин, глава компании и Мистер Совершенство... номер два. Улыбающийся, взлохмаченный после нескольких часов в конференц-зале, в окружении довольных переговорщиков, пожимающих ему руки...

И один, в кабинете, сосредоточенный и собранный в каждой детали, даже в том, как он дышит. И смотрит в окно в намерении завоевать наш город.

Я не была волшебницей или злой колдуньей. Не приукрашала и не пыталась показать неприглядную правду жизни.

Но я могла показать человека так, как я его воображала. И даже лучше.

Как проявляло его зафиксированное на картинке мгновение. И немного глубже.

Как требовала того корпоративная этика и тема мероприятия. И чуть-чуть ярче.

- Принес тебе кофе.

Миша.

Повернулась к нему с улыбкой и обхватила картонный стаканчик, за которым он не поленился сходить в кофейню снизу. И не смогла сдержать изумленного смешка, когда попробовала то, что он принес. Каждый раз Михаил старался удивить -вместе с бариста-экспериментатором. И каждый раз им это удавалось.

- Крепкая арабика, молоко... имбирный порошок. И... - я сделала еще один глоток, но так и не поняла ингредиента и вопросительно посмотрела на мужчину.

- Куркума, - тот аж засветился от удовольствия.

- Чудесно, - а я растерялась... от неловкости.

Потому что я видела, как он радуется нашим встречам. Как с гордостью представляет своим коллегам - как-будто мной и правда можно гордиться и вообще я его... пусть будет друг. Как смотрит. И кофе этот...

И не могла отделаться от мысли, что поступаю как-то недостойно, не отвечая ему с тем же энтузиазмом. Просто не могла - ведь кроме приязни и желания «остаться друзьями», которыми мы даже не были, не испытывала ничего.

- Я собираюсь домой... - Миша помедлил, но предложил, - тебя подвезти?

- Еще хочу поснимать, - покачала головой с некоторым облегчением. Потому что не пришлось врать - я действительно еще не закончила.

- А завтра у нас корпоратив... ну, ты знаешь.

- Да уж, - хмыкнула.

- Если бы не правила, я бы с удовольствием тебя пригласил...

- Правила?

- Ну, кроме руководства никто не берет с собой свои половины. - развел мужчина руками, и я снова почувствовала смущение и неловкость. Потому что по его словам выходило, что я и есть его половина... или мечтаю попасть туда. Хоть мы даже ни разу не целовались.

- Я... не в обиде, - выдавила из себя, на что получила благодарную улыбку и заверения,что он позвонит

Блин, вот почему меня это не делает счастливой, а?

Отсалютовала на прощание на самом деле вкусным напитком, отправилась в свой последний «рейд».

В кабинетах и опен-спейсах уже никого не было - чего я и дожидалась. И теперь щелкала как заведенная.

Идеальный порядок на одном столе. И хаотичный завал на втором. Забытый кем-то шарф, сиротливо приткнувшийся на крутящемся кресле. Миллион стикеров с напоминалками на одной из стен. Последствия мозгового штурма проектной команды - строения из лего, разноцветные мандалы и ватманы, исчерканные непонятными надписями.

Я ходила по этажам, достраивая в голове замысловатую конструкцию под названием «наша любимая работа» и сама не заметила, как оказалась в приемной Савелия... Витальевича.

Из-за неплотно прикрытой двери был виден слабый свет

Чувствуя себя маньячкой, тихонько заглянула сначала сама... а потом навела объектив.

Мистер Совершенство сидел за столом, сняв пиджак и галстук и закатав рукава. Он хмурился, изучая какие-то документы.

Щелк.

Четко вылепленные губы беззвучно двигались, проговаривая, как заклинания, неведомые мне слова.

Щелк.

Тонкие и подвижные пальцы перебирали листы и с определенным изяществом заносили над ними ручку, словно стараясь поразить врага в сердце.

Щелк.

Глаза, чей цвет сейчас было не распознать, смотрели прямо в душу и...Что? Глаза? Какие глаза?!

Бли-и-ин...

Чувствуя, как заполыхали мои щеки, я виновато опустила камеру и пробормотала:

- Простите. Не хотела вас отвлекать, но... не удержалась.

Савелий моргнул, как будто не узнал меня, а потом быстро опустил взгляд и устало потер рукой лоб. И посмотрел на меня уже почти весело.

- Проходите. Или вам интересно фотографировать только... вот так?

- Вот как? - я сделала шаг вперед и облизала внезапно пересохшие губы.

- Не привлекая внимания.

- Ваше же привлекла, - буркнула, неожиданно для себя раздражаясь. Он намекает, что я серая мышка? Ой не надо...

- Я имел в виду, пока вас никто не видит, - в голосе Савелия появились смешинки, а уголки рта дернулись.

Уставилась на него как завороженная. Но потом сморгнула и ответила таки на вопрос:

- В какой-то мере да. Люди тогда более естественны, а значит - красивее.

- Интересно, - он на мгновение задумался, а потом встал и повел плечами, будто сбрасывая напряжение. И принялся разворачивать собранные манжеты.

Я снова залипла на его пальцах и сильных руках - Савелий Зимин не был качком, но и худощавым не выглядел - но спохватилась и отступила.

- Еще раз извините, что помешала. Я пойду.

- Куда?

- Э-м... домой.

- Уже поздно. Как вы планируете добираться?

- На такси? - получилось вопросительно.

- Я отвезу вас.

- Нет! - а это получилось испуганно. Но стоило мне представить, как я окажусь в одной машине с этими руками, губами, глазами...

Тьфу, ну о чем я опять думаю?

- Спасибо, не надо. И вашего водителя гонять и вам куда-то ехать... Такси прекрасно решит все вопросы.

- У меня нет водителя, - он улыбнулся, - Люблю быть за рулем. И мне не сложно... даже если вы живете на противоположном конце Москвы.

- Да вроде нет...не на противоположном, в смысле.

Засмеялся мягко. А потом надел пиджак, пальто и замотал шею длинным кашемировм шарфом, чтобы снова стать похожим на мужчину с обложки.

- Ваши вещи?

- Возле ресепшн.

Я поспешила вперед, чтобы упаковать оборудование. И вздрогнула, когда мужчина перехватил мой пуховик и помог мне одеться.

В лифте на подземный паркинг мы ехали молча. Не то что бы мне хотелось молчать... напротив, я бы с удовольствием расспросила его о компании. О его братьях. Об увлечениях.

Но я ведь не имела на это права, не так ли?

- Где вы живете?

Савелий... Витальевич вежливо открыл дверь, усадил меня и разве что не пристегнул.

Я назвала адрес и спросила таки наиболее уместное:

- Часто работаете допоздна?

- Да. Я трудоголик.

- Говорите об этом даже с удовольствием...

- Никогда не стеснялся этого качества. Как и тяги к перфекционизму, например. Кто придумал, что это плохо и надо жить проще?

- Не такие совершенные люди как вы?

Он посмотрел на меня с откровенным изумлением, а я резко отвернулась, кляня себя за несдержанность.

- Считаете меня совершенством?

- Это я так... не подумав, - буркнула.

- Не смущайтесь - мне приятно. Моя семья, например, так не считает, - и снова нотки веселья в его голосе. А я спрашиваю жадно:

- Большая семья?

- Два брата и сестра. Мы многое пережили вместе и продолжаем оставаться самыми близкими людьми.

- Это здорово. Я даже завидую немного... Расти вместе, знать недостатки друг друга и не обижаться, что кто-то не считает совершенством совершенного тебя.

Смеется. Негромко и как-то веско.

А я расслабляюсь наконец.

Весь ужасно короткий путь до дома - когда он стал таким? - мы болтаем на самые разные темы. Тепло и легко, будто тоже... близкие люди. Во дворе Савелий тщательно паркуется и выходит из машины. Недоумение смешивается с иррациональной радостью и тут же перетекает в понимание...

- Провожу вас.

Да, да, проводи меня по моему хорошо освещенному и светлому подъезду - вдруг там между кадок с цветами и колясок прячется маньяк?

Ох.

Неужели ему. также как и мне, не хочется расставаться? Глупости.

Он подает мне руку, помогая выбраться из машины, и я чуть вздрагиваю от острого ощущения, прошедшегося по пальцам.

- С-спасибо.

Когда мы подходим к моей двери сердце колотится как сумасшедшее. И вовсе не потому, что пришлось идти пешком на четвертый этаж. Я достаю ключи, пытаюсь засунуть их в замок, роняю, наклоняюсь, чтобы поднять, и сталкиваюсь с Савелием... Витальевичем, который тоже наклонился.

Мы оба резко и смущенно распрямляемся.

Глядя друг другу в глаза.

Не дыша.

Страшно дышать... и страшно отвести взгляд. Потому что вдруг он в этот момент исчезнет? Такой вот... совершенный? С пристальным взглядом из-за стекол очков и плотно сжатыми губами?

- Всего хорошего. - хрипло пробормотал блондин, но... не ушел. И я тоже не двинулась.

Подалась чуть вперед... Шаги сверху нас отрезвили.

Мы вздрогнули. И тут же засуетились, прощаясь и расходясь в разные стороны.

Савелий Зимин вышел из подъезда, какое-то время постоял, будто силясь вспомнить, что он тут делает, потер лоб... а потом решительно направился к машине.

Я же опустилась на пол, и уткнулась в ладони.

Вот что это было, а?

8

Ольга

Настойчивая вибрация прорвалась даже сквозь мое состояние дохлой лошади.

Я легла спать в половину шестого, после того как внесла последние правки и отретушировала полностью заказ. И с чистой совестью отключила звук на телефоне, планируя провести в кровати всю субботу.

Вибрация прекратилась и возобновилась снова. Не открывая глаз, нащупала на прикроватной тумбочке телефон и приложила его к уху выдав хриплое:

-Алло?

- Оля-ля! Ты что. дрыхнешь?

Жизнерадостный голос начальства настолько контрастировал с моим состоянием, что я даже проснулась.

- А который час?

- Полдень!

- Субботы?

-Да!

- Тогда сплю. И вообще не понимаю, по каким причинам до сих пор не положила трубку.

- Может по тем, что для тебя сегодня есть работа? Я потянулась и протерла глаза:

- Ты прекрасно знаешь, что нет. Мое расписание в твоем доступе. А если вдруг появилась подруга подруги на горизонте, которой ну о-о-очень срочно нужны волшебные снимки, то это не ко мне.

- А если появилась Левицкая, которой о-о-очень нужна ты в качестве репортажника на сегодняшнем корпоративе. то это как раз к тебе.

- Стоп-стоп. Кто такая Левицкая? Какой корпоратив? Смешок.

- Потому я и позвонил тебе заранее - чтобы ты пришла в себя. Вот скажи, ты где работала всю эту неделю?

- В компании «Форс»...

- А глава маркетингового отдела там кто?

- Антонина... хм, Левицкая. Черт, дошло. Но погоди-ка, почему я? Я давно уже не занимаюсь вечеринками.

- Вспомнишь молодость, - смеется, - Ты со всеми познакомилась, всех узнала и всем понравилась. И отказа я не приемлю - нам обещали контракт на весь следующий год, как многопрофильному агенству. Это и фото продукции, и использование моделей, и оформление носителей... это большие деньги.

Очень большие.

И желание Левицкой логично.

Но почему-то мне не хотелось прыгать до потолка от радости... Может потому что я мечтала оказаться на этом мероприятии не в качестве персонала?

Черт, вот к чему такие мысли? Игорь знает, что у меня сегодня нет съемок, и не поймет моего отказа. А я знаю, что у меня сегодня никаких планов - и сама себя не пойму, если откажусь.

- Во сколько? - выдохнула.

- В шесть начало - но ты подъезжай чуть заранее и...

- Не учи меня работать, - повредничала.

- Конечно, - с легкостью согласился Игорь, - Адрес тебе скину.

Я не позволила глупостям и дальше лезть мне в голову. Зато позволила себе долгий завтрак, расслабляющую ванну и получасовую репетицию отстраненно-вежливого выражения лица у зеркала.

Проверила все зарядки, протерла нужные объективы, а потом долго тупила перед своим гардеробом, полным довольно нейтральных тряпочек.

На подобные мероприятия даже фотографы не приходят в джинсах...

Я вытянула комбинезон из тонкого джерси песочно-розового цвета и покрутила его в руках. Декольте в нем, конечно, глубокое, но плотно прилегает к груди, а сам наряд достаточно удобен. И не будет бросаться в глаза среди вечерних платьев гостей. К тому же, к этому комбинезону у меня есть подходящие удобные туфли на низкой танкетке, в которых я могу хоть кросс в джунглях преодолеть - не то что выдержать корпоратив.

А еще я выгляжу в нем очень привлекательно... Но ведь это не имеет значения?

Скрутила волосы в две забавных рожки, подкрасилась немного и вызвала такси.

Гостей в огромном зале ресторана встречали не только хостесс, но и я. И, что радостно, многие со мной здоровались и улыбались. Игорь был прав - людей не раздражало мое присутствие и нацеленный на них объектив, тем более, что сегодня все блистали в прямом и переносном смысле. Ну а я старалась снять всех в максимально презентабельном и довольном виде... пока не началось. Да и сама прониклась праздничной атмосферой и почувствовала себя довольной. Ровно до того момента, как в зал зашел Савелий Зимин... и его очаровательная, блин, спутница.

Та самая тонкая и стильная брюнетка, с которой я уже видела его в ресторане.

Рука дрогнула, когда я нажимала на кнопку Пришлось сделать еще несколько кадров... а потом и несколько шагов назад, отворачиваясь и пытаясь взять себя в руки.

«Только руководство приходит со своими половинами». Черт.

Ну а на что я рассчитывала?

Мне сразу стоило влюбиться в кого-нибудь посвободнее и пострашнее. Или в того, кому я сама понравилась... в Михаила, например. Он, вот, не против. Стоит напротив...

Ошарашенная собственными мыслями, я застыла. Влюбилась? Я это правда произнесла? В Зимина?!!

Внезапное прозрение пришпилило меня к полу и заставило покачнуться... - Девушка, сфотографируйте нас, - мягкое контральто заставило обернуться. Ну что за... она еще и разговаривает идеально.

Я сделала судорожный вздох и лишь на мгновение встретилась взглядом с чуть напряженным Савелием... Витальевичем. А потом спряталась за камерой, надеясь, что за ней не видны мои слезы и стиснутые зубы.

Щелк. Щелк. Щелк.

Пр-рекрасная па-рра.

-Давайте еще вот здесь... на санях... отлично, поверните голову.

В голове прояснялось. И мир через объектив делался почти... сносным.

Зимин позировал совершенно деревянно. А вот его... половина явно была знакома с работой на камеру.

- Благодарю, - улыбнулась прохладно и даже вежливо. Пусть внутри скопилась горечь, а пальцы подрагивали...

... как все не вовремя... как не вовремя все!

...и прошла к следующим гостям.

Наконец, приглашенные собрались и расселись за столами. Я пробежалась по ресторану, снимая полные радостного возбуждения лица, а затем встала в уголке, чтобы не пропустить ни единую часть новогодней программы.

Не единую, бл...ь, часть.

Офигенной. Веселой. Программы.

А об остальном я подумаю потом... когда останусь наедине со своими глупыми мыслями.

Надо сказать, что ведущие - дородная тетка в костюме снежинки и долговязый парень в костюме зайца - оказались хороши. Их конкурсы - действительно веселыми, комментарии, в том числе по поводу сделанных мной фотографий, которые были выведены на несколько больших экранов - остроумными, а выступления артистов, дававшие возможность присутствующим выдохнуть и поесть

- очень даже интересными.

Я сменила уже вторую карту памяти и аккумулятор. Избавилась от лишнего груза, оставив на себе только небольшой фотоаппарат - освещение сделалось неярким, а музыка набирала обороты - и принялась бродить по залу, где гости тоже уже перемещались группками и танцевали.

Все хорошо. А будет еще лучше.

- Bay! - громкий голос заставил меня отвлечься, - Савелий, да ты тут почти как живой!

Рыжая и очень беременная девушка тыкала пальчиком в экран, на котором слегка растрепанный блондин просматривал документы. Это вчерашние снимки.

Вчера...когда я все еще...

Дернулась и отвернулась - и от фото, и от тесной компании, что теперь обсуждала Савелия. Вместе с ним и его... женщиной.

Мне нужно закурить это мерзкое чувство ревности и злости, на которые я не имею никакого права. Затем снять появление Деда Мороза и раздачу подарков. И... исчезнуть.

Я взяла свою сумку, достала почти полную пачку - кажется, последний раз я курила неделю назад - и после разъяснений одного из официантов, направилась к выходу из зала в курилку.

- Оля?

Вздохнула и со всем возможным терпением повернулась к Мише. Мы уже здоровались сегодня - и надо сказать мужчина даже обрадовался нашей встрече.

- Ты... куришь?

Он уставился на пачку в моих руках так, будто я держала бомбу. А я напряглась. Да, не самая лучшая привычка, от которой я все еще безуспешно пытаюсь избавиться, но мне, на минуточку уже много лет, и я, на секундочку, могу сама принимать решение, как гробить свое здоровье.

- Иногда, - пожала плечами.

- Я не знал! - прозвучало обвинением.

Пришлось подавить раздражение. Черт, я не такой страстный курильщик, что начинает мечтать о сигарете, даже когда ещё не докурил предыдущую. И если для Миши это проблема, следовало указать в своей анкете ВОТ ТАКИМИ БУКВАМИ, что он не выносит курящих женщин.

Потерла внезапно занывшие виски и, ничего не ответив, протиснулась мимо хихикающих девиц и приударяющих за ними парней. Еще больше подобных парочек обнаружилось в курилке. А мне категорически нужно было свободное пространство.

Я шагнула на лестницу, пробралась через холл, снова по лестнице... и забрела в кусок живой природы, в котором, как ни странно, стояла пепельница. Правда, оказался еще и огромный мужик в костюме. Но все лучше, чем радостная толпа.

Он обернулся на мое появление, а потом уставился на мои... рожки.

- Что-то не так? - спросила устало, закуривая.

Помедлил. И вдруг выдал дрогнувшим от скрытого веселья голосом: -Жена сделала такие же штуковины... нашей трехлетней дочери. Я вскинула брови:

- Намекаете, что я еще не вышла из детского возраста или предлагаете меня усыновить?

Посмотрел удивленно. А потом хмыкнул:

- Однако. А вы бы ей понравились...

- Рожками? - улыбнулась.

- Тем, что меня не боитесь.

Коротко кивнул, затушил сигарету и ушел, оставив меня в сомнениях - не оскорбила ли я кого-то из сильных мира сего?

9

Савелий

Это было необычно, это было глупо, но всю неделю, что девушка-фотограф работала в нашем офисе, я выискивал её взглядом.

Походило на придуманную для себя же игру.

Мне вдруг стало интересно - так ли она действует на окружающих, как на меня? Ошеломляет какой-нибудь странностью, доводит до крайности и подлавливает на мелочах, выдавая по итогу целостную картину?

Может благодаря схожей реакции я убедился бы в своей нормальности. Не знаю. Как и то, зачем я потребовал у маркетингового отдела пересылать мне получаемые обработанные снимки - аргументируя, что сам её привел.

Она сумела раскрыть сотрудников и рабочие процессы с совершенно неожиданной стороны...И даже такой далекий от искусства человек как я не мог не признать в ней большой талант

И живость.

И то очарование, что было присуще веселым и искренним людям.

Она сумела меня развеселить вчерашним вечером и тоже вызвать на откровенность. Конечно, я предложил её подвезти... А что, было поздно. Не мог же я отпустить её на метро или с маньяком-таксистом? Столько случаев в последнее время...

Оля жила во вполне приличной пятиэтажке даже не на окраине города и очень смутилась от моего внимания и желания проводить до дверей. И это её смущение, неловкость от моего присутствия, загоревшиеся глаза и прикушенная губа... Черт, я даже не знаю, что произошло бы, если бы нам не помешали.

Глупо и странно.

Такое поведение характерно для подростков - а уж точно не для взрослых людей.

Потому я растерялся. В мире цифр было гораздо понятнее, чем в этих неожиданных чувствах. Когда хочешь сказать так много, что не говоришь ничего. Когда приятно просто находиться рядом. А желание возникает просто от того, как она дышит и смущенно вспыхивает...

Но ведь так не может быть? Не в моем мире большого бизнеса и серьезных людей... и четко оговоренных встреч и отношений. Которые у меня, кстати, уже были. О чем я забыл напрочь... и удивился этому.

Я никогда ничего не забывал.

И уж точно не сбегал трусливо из союза, даже если он казался мне теперь пресным.

«Пришлешь за мной машину?» - спокойный вопрос Ксении без всяких смайлов и приветствий заставил меня недоуменно нахмуриться, но я быстро напечатал: «Да».

Несмотря на то, что сегодня была суббота и корпоратив, я приехал на работу - дел было невпроворот Как и всегда в конце года. Потому костюм на вечер висел у меня в кабинете, чтобы я мог отправиться сразу на вечеринку и не отвлекаться на заезд в мою холостяцкую квартиру.

Не отвлекаться.

Похоже, это стало лозунгом моих последних лет Я не любил отвлекаться на ненужные встречи, на ухаживания, на развлечения... Только моя семья могла вытащить меня куда-нибудь, в том числе в путешествия.

На них у меня всегда было время. И может это значило, что у меня просто мало причин для того, чтобы отвлечься от любимой работы?

Ксения была, как всегда, шикарна. Я отметил и дорогое платье, и идеальный макияж и прическу...И застыл, увидев Ольгу. В чем-то длинном цвета кожи. С двумя рожками на голове. И с настолько ошарашенным лицом, что это было невозможно не заметить...

Она здесь? Работает?

Черт, почему я это не предусмотрел?

И даже если бы подумал... ведь так правильно? И мне нечего стыдиться?

- Девушка, сфотографируйте нас. - громко заявила Ксения и подхватила меня за руку.

Ольга обернулась и уставилась на нас... в глазах ее мелькнуло непонятное, напряженное выражение, а потом она надела маску любезности - я точно знал, что это маска, потому что знал, каким бывает её лицо - и принялась щелкать нас едва ли не уничтожая нажатиями кнопку «пуск».

И снова я за ней наблюдаю весь вечер. Чувствуя себя маньяком немного. Вижу то мелькнувшие рожки, то спину, то вскинутые руки с камерой... И сам не могу понять, что за странные ощущения мной владеют? Почему мне хочется подойти и поговорить с ней? Объясниться даже?

Мы ведь никто друг-другу... две случайности, которые даже не пересеклись -просто бежали мимо.

А вдруг - и эта мысль меня ошарашивает - именно такие случайности и приводят к счастливому исходу? Как у Яськи с её Броневым? Всего-то надо кому-то настоять?

- Савелий, пора переодеваться!

Антоха, прилетевший по поводу Нового года из Лондона - вместе со своей слегка ошеломленной происходящим девушкой - тащит меня в подсобное помещение, где мы облачаемся в костюмы Деда Мороза и Снегурочки. Белокурой девицей становится, конечно, он. Даже корпоративный дух, ноющий по ночам под моей кроватью, не заставил бы меня нацепить платье и косу.

Мы выходим на сцену:

- Так, я не понял, почему праздник без меня начался? - говорю я слова по заготовленному сценарию.

- И без меня, дедушка, - тоненьким голосом «обижается» Тоха, старательно поправляя чулочки и декольте, что вызывает сдавленный смех, - А я ведь так старалась! Снегом город укрывала, ветром дула, елочки выращивала.

- Надо же, - притворно восхищаюсь, - И как ты одна справилась?

- Так не одна я... Помощники у меня были.

Дальнейшее идет своим чередом.

Чествование отличившихся сотрудников, совместные конкурсы.

Я снова вижу Ольгу - какую-то мрачную, как мне кажется - а потом с облегчением передаю бразды правления ведущему. Стягиваю костюм, в котором оказывается весьма жарко - Антон, паяц, даже не пытается переодеться, намереваясь эпатировать публику и дальше - и направляюсь к фотографу.

Ну... нам же есть что обсудить? По работе, например...

- Савелий, - останавливает Ксения и прижимается к моей руке. Она, похоже, выпила - глаза блестят и щеки раскраснелись. Я спокойно отношусь к алкоголю, но эта ситуация меня почему-то раздражает, - Замечательный праздник. И ты органичен в роли Деда Мороза...

- Такой же старый? Или холодный? - пытаюсь пошутить я, но моей шутки не понимают.

Может я совсем разучился это делать?

- Потанцуем?

- Я... да, - вздыхаю немного обреченно. Наверное не время и не место разбираться сейчас в себе и своих желаниях. У меня есть спутница, которую я лично пригласил, и которую не имею права обделить своим вниманием.

Я веду в танце, а Ольга фотографирует нас... и других присутствующих.

Пытаюсь поймать её взгляд, но мне это не удается.

Мы продолжаем танцевать, подходим снова к моей семье, даже выпиваем... Но я весь настроен на совсем другого человека. Будто антенны на голове не у нее, а у меня. Потому замечаю, как она собирает свое оборудование и покидает зал. И зачем-то тоже выхожу. Подхватываю свое пальто у любезного гардеробщика и выскакиваю на крыльцо.

Ольга там. В огромной смешной шапке и длинном пуховике. Пытается подкурить сигарету...

- Курите?

Вздрагивает и оборачивается. А потом смотрит на меня едва ли не с вызовом и затягивается глубоко:

-Да.

- А я бросил, - зачем-то сообщаю. И добавляю, - не ожидал вас сегодня увидеть здесь.

- Для меня тоже многое стало неожиданностью, - говорит чуть нервно и прикусывает губу. Я уже знаю, что это значит - она сдерживает рвущиеся слова.

Но те ведь не касаются меня? Или касаются?

Возникает ощущение, что если я немедленно не сделаю чего-то, то будет поздно...

Поздно для чего? Я не знаю. Все происходящее было слишком мне незнакомо. Не просчитывалось ни в одной программе, не было прописано ни в одном регламенте. А спонтанностью и безосновательно принятыми решениями Зимины не славились.

Сглатываю.

И выдаю единственное более-менее знакомое:

- Вас проводить?

Смотрит как на идиота. А потом медленно качает головой: -У вас... корпоратив. Семья. И... половинка.

- Какая половинка? - чувствую себя и правда идиотом. Она будто говорит знакомые слова, но я их не слышу. Смотрю на печальные почему-то глаза, на искусанные губы, на которых не осталось ни следа помады...

- Единственная, - выдают губы с кривой усмешкой ответ на вопрос, - А мой удел -метро.

- Вы же не собираетесь...

- Или такси.

К крыльцу и правда подъезжает машина со знакомыми буквами на буку, а Оля встряхивает головой, отчего её шапка чуть кренится, быстро спускается вниз и поворачивается ко мне с прощальным жестом:

- До свидания...Савелий Зимин. С наступающим.

И уезжает.

С наступающим? Почему она так сказала? До Нового Года три дня, так говорят... Если больше не увидятся.

Я вздрагиваю, понимая, насколько промерз, и возвращаюсь в ресторан. Принимаю поздравления, общаюсь с нашими клиентами, обсуждаю с Ясей Новый Год, который мы все планируем праздновать в нашем огромном загородном доме, оккупированном в основном Артемом.

И даже танцую с Ксенией.

А потом отвожу её в сторону и говорю:

- Мне нужно... уехать. Если хочешь, я отправлю тебя домой на машине или побудь еще здесь - вроде бы никто не расходится.

Сотрудники «Форса» и правда не расходились - домой, и разошлись - в принципе. Так что скоро нас вполне могли ждать типичные русские забавы вроде выяснения отношений.

- По работе? - Ксения обнимает меня одной рукой и тянется к губам. А я... выдыхаю и решаю быть честным.

- Нет. И... я понимаю, что на празднике такие слова выглядят неуместными, но...я бы не хотел продолжать наши отношения. Мы можем встретиться завтра, обсудить все, если хочешь...

Замерла.

Глаза полыхнули бешенством и я понял, что она не столь уж спокойна и сдержана, как мне всегда казалось.

- С-сволочь... накануне Нового Года.... - шипит.

- Но... мне казалось мы обо всем договорились изначально, - хмурюсь. Терпеть не могу, когда люди нарушают договоренности - даже устные, - Нам было хорошо вместе, но ни один из нас не планировал...

- Откуда ты знаеш-шь, что я планировала? - её лицо некрасиво кривится, но тут Ксения выдыхает и берет себя в руки. И бросает холодно, как перчатку, - Вали.

- Я дам тебе телефон водителя...

- Я разберусь, - она отворачивается.

- Прости меня, - вздыхаю и тру переносицу Беспомощно смотрю на спину уходящей женщины и понимаю, что ни хрена я не умею делать это все... правильно. Но знаю одно - от того, что Ксения повернулась ко мне спиной, мне сделалось стыдно и грустно.

А вот когда уезжала Ольга, внутри все скрутило от страха, что я могу больше её не увидеть.

10

Ольга

Я зашла в квартиру.

Скинула обувь, одежду, на автомате разобрала оборудование, вытащив карты памяти - завтра посмотрю. И встала под душ, надеясь смыть с себя неприятный осадок, что остался от всего произошедшего.

И почему остался-то? Ведь он мне ничего не обещал, ни о чем не договаривался. В нашем обществе, где даже секс уже не повод для знакомства, общий проект и совместное поедание десертов точно не говорит о глубине отношений. Так что же меня так задевает?

Кажется, я знала, что.

Это как ветрянка. Если переболеть ею в детстве - то все отлично. Почесался немного, поныл, и вот ты уже снова бегаешь по двору в остаточную крапинку.

Взрослым же не поздоровится.

Температура сорок, капельницы и полностью невменяемое состояние.

С такой влюбленностью также... ну или с первой любовью. Ты вроде и не должен сразу и глубоко, вроде всему следует происходить легко и искрометно, с задором подростков, вроде бы приходит самое светлое чувство...

Вот только я взрослая, и чувствую себя в данный момент будто меня придавило бетонной плитой. И впору вызывать МЧС, чтобы бравые спасатели вытаскивали меня из-под обломков своими сильными мускулистыми руками...

Мне худо - думаю о Савелии с другой женщиной. В голове роятся отвратительные видения: они вдвоем делают... разное.

Я вылезла из душа, натянула старый халат и с некоторой злостью открыла бутылку вина. Налила себе полный бокал, достала толстенький ежедневник, который от партнерских щедрот перепал каждому сотруднику агенства. и вывела там на первой странице:

С Нового Года я:

- перестану тратить время на соцсети и тиндер

- не буду жрать по ночам

- брошу курить

- обязательно займусь спортом

- начну откладывать деньги на черный день

- буду ложиться спать сегодня, а не завтра

- и перестану мечтать о Савелии Зимине...

Некоторое время я смотрела на последнюю запись и пыталась понять... а не слишком ли я жестко поступаю со своими желаниями и намерениями, обращенными ко Вселенной? А вдруг я и правда... перестану мечтать, и он вовсе исчезнет с горизонта? Может стоит написать то, что я действительно - пусть и самоуверенно - хочу?

Чтобы он бросил все свои дела и женщин и мчался ко мне с распростертыми объятиями - признаваться в чувствах, а затем повторять все позы из «Путеводителя по сексу»

Вокруг имени Савелия появилось сердечко, больше, правда, похожее на задницу а затем я решительно зачеркнула все прочие слова относительно него.

Будет другой план.

«С Нового года я хочу быть с Савелием Зиминым».

Пусть по факту я проведу новогодний вечер в кофте, заляпанной оливье, и поедая торт-наполеон под слезливые мелодрамы.

Звонок застал меня на пике жалости к себе. Я взяла телефон и недоуменно уставилась на незнакомый номер. В декабре столько маньяков активизируется...

- Алло? - получилось осторожно.

- Оля? - голос я узнала.

Вздрогнула, вскочила в шоке, опрокинула бокал с вином прямо на свой новенький ежедневник, желания из которого, похоже, исполнялись мгновенно - или это не то, что я думаю?! - попыталась смахнуть вино с плотных страниц, но смахнула только бокал. Тот разбился о плитку на кухне, посыпая все вокруг осколками...

- Оля? - голос среднего Зимина теперь звучал озадаченно.

- Здравствуйте... - прошептала хрипло и бочком обошла зону стихийного бедствия. И прислонилась лбом к стеклу, чтобы хоть как-то удержаться в этом пространстве.

- Это... Савелий Зимин.

- Я поняла.

Молчание.

Целую секунду я изображала из себя Мисс Железные Штаны, но все-таки спросила: -А вы звоните потому что...

- Потому что... захотелось?

- Поговорить?

- И увидеть.

- Но мы же виделись...

- Не слишком удачно.

Это еще мягко сказано. Я вздыхаю и смотрю на свой темный двор с заснеженной детской площадкой и припаркованными автомобилями, рядом с которыми стоит...

Снова вздрагиваю. И говорю тихим голосом:

- Савелий Витальевич, а ваше желание увидеться... могло привести вас под мои окна или у меня галлюцинации?

Смешок.

И вопрос почти жизнерадостным тоном:

- Я могу подняться?

- К-конечно... К-код пять-шесть-семь-три...

- Я и в прошлый раз запомнил. С цифрами-то у меня все хорошо...

-Ас чем плохо?

- С людьми и их взаимоотношениями... так себе.

Я вижу как он убирает телефон и делает шаг к подъезду.

Секундный ступор - и я превращаюсь в электровеник. Хватаю мусорное ведро, сметая туда все что было на столе, в том числе залитый ежедневник - черт с ним, у Игоря их полно - протираю тряпкой все, до чего дотягиваюсь, а потом подметаю осколки...да хотя бы под стол.

Беру большой чистый мусорный пакет и кидаю туда все, что попадается под руку -брошенный наряд, сушащиеся трусы и лифчики, какие-то бумаги и счета. Продвигаюсь в сторону спальни, где одной рукой пробую нащупать на туалетном столике духи, а другой - стянуть халат и полотенце с головы, и надеть на себя хотя бы футболку...

Так меня и застает звонок в дверь.

С занесенной в беге ногой, с полуснятым халатом, пакетом в зубах и крышкой от духов в руке.

Матерюсь и смеюсь немного нервно.

Запихиваю все в шкаф, одним движением натягиваю старую длинную футболку и трусы, и бегу к двери, примерно представляя, какое душераздирающее зрелище я собой представляю.

Савелий... Витальевич стоит, прислонившись к косяку и смотрит на меня немного... странно. Будто не понимает, что он вообще тут делает Я тоже понимаю не очень, но мне-то простительно. Не я ж к нему приехала.

- П-прошу.

Заходит. И замирает в моем крохотном коридоре. Пахнущий зимней свежестью и... мандаринами?

- Это вам.

Я смотрю на съедобный букет из цитрусовых, еловых веток и шишек и стараюсь не выдать овладевшего мной оцепенения. А потом отмираю:

- Вы раздевайтесь... проходите. Сейчас, только букет в воду поставлю.

- Мне кажется, ему не надо... в воду.

-Ну да.

Мы топчемся еще немного, пытаясь разминуться в тесном пространстве. Руки влажнеют, а голова кружится... Черт, я не была так смущена даже в пятнадцать, когда впервые позвала мальчика в гости!

Что же происходит со мной?

С нами?

- Не туда! - получается так громко, что Зимин замирает. - В смысле... не на кухню. Там немного опасно. Давайте в гостиную.

Провожаю его в проходную комнату и, пытаясь показать себя рачительной хозяйкой, ставлю на стол открытую бутылку, два новых бокала и... мандариновый букет, повторяя про себя «внутреннее достоинство, внутреннее достоинство».

Да какое достоинство, если на расстоянии протянутой руки сидит смущенный Мистер Совершенство?!

- Савелий Витальевич, а вы... - выдыхаю.

- Мы можем на ты? - спрашивает почти жалобно. И разливает вино. И выпивает залпом свой бокал, морщась, будто там самогон.

- Конечно, - моргаю и тоже присаживаюсь, рассматривая свои сцепленные руки. -Ты... разве не должен быть на корпоративе?

- Я свое отработал.

- А что... - розовые облака постепенно рассеиваются, и я начинаю чувствовать тревогу,

- С твоей спутницей?

- Мы... расстались.

Поднимаю на него удивленный взгляд.

- К-когда?

- Ну, - он смотрит на часы, прикидывает что-то в уме и выдает, - примерно час назад.

Снова глупо моргаю.

- Почему?

- Потому что понял, что хочу быть с другой. - он снимает очки, протирает их зачем-то полой пиджака, смотрит на меня с какой-то фантастической нежностью , так что я чувствую, как меня заливает теплотой и светлой радостью. - И очень надеюсь, что эта девушка тоже захочет быть со мной. Ну... хотя бы попробовать.

- Но ведь так не бывает, - почти шепчу, - Мы два взрослых человека, с которыми... не может произойти новогоднего чуда. Это все сказки...

- И я так думал.

Я тоже выпиваю вино залпом. А потом до меня доходит.

- Погоди... я правильно понимаю, что ты заявил своей... бывшей, что вы расстаетесь, прямо на новогоднем корпоративе и поехал ко мне?

- Ну... да, - выглядит немного смущенным.

- Но это не правильно! Еще бы по телефону сказал! - вскрикиваю в ужасе и вскакиваю, - Мы должны немедленно ехать туда!

- Куда?! - он тоже вскакивает в волнении.

- Назад. В ресторан! Ты должен с ней нормально поговорить, объяснить... наврать что-нибудь и вообще...

Он перехватывает меня, когда я уже бегу в прихожую, пронзенная стрелой женской солидарности, притягивает к себе, впечатывая в мужскую грудь и крепко обнимая руками. Я замираю, а Савелий втягивает носом мой запах и шепчет в макушку:

- Оля... Я поговорю. Обещаю. Но сегодня я позволю себе делать не правильно, а так... как хочу я сам.

И я сдаюсь.

Хотя о чем тут говорить? Я сдалась еще тогда, когда сделала первый шаг в его кабинет и захотела незнакомца для себя так, как не хотела никого и ничего...

Поднимаю голову и тянусь к его губам.

Я знала, что наш поцелуй будет именно таким.

Страстным настолько, чтобы заполнить меня желанием до кончиков пальцев и нежным настолько, чтобы растаять, как льдинка на искрящемся солнце.

Он отрывается от меня ненадолго, тяжело дыша, а потом снова приник, будто не в силах противиться этой жажде.

Куда-то полетели очки, галстук, пиджак... я рванула несколько пуговиц и пробралась ладонями под тонкую ткань рубашки, едва не застонав от удовольствия. Он не был чрезмерно мускулист или накачан - поджарое, гладкое тело и твердая грудь.

Идеально.

Куда-то делать моя футболка и совесть... А потом меня подхватили под бедра и бережно уложили на диван, придавливая своим весом и желанием.

Савелий поднял голову, встретился со мной слегка расфокусированным взглядом и пробормотал.

- Да, ты права - так не бывает Так сказочно... Но я офигенно рад, что это не сказка, а наша реальность.

И это были, пожалуй, его последние связные слова.

11

- Я знаю, что поступил... некорректно и прошу за это прощения.

Мы с Ксенией сидим в ресторане, испытывая ту форму неловкости, которая свойственна всем людям, внезапно переставшим идти в ногу.

- А за то, что ты меня в принципе бросил, прощения не просишь? - она смотрит холодно.

Но я не буду врать даже ради того, чтобы этот взгляд потеплел.

- Нет, не прошу. Потому что... даже если вернуть всё назад, я сделал бы точно так же.

Много-много раз.

Это... другое. То, что происходит между мной и Ольгой.

Назовите как хотите - бес в ребро, запоздалая влюбленность, химическая реакция, любовь живет три года... Но разница между тем, как у меня было и как есть сейчас - последние двое суток - шириной в пропасть.

Как разница между самолетом в соседний город и дверью в Нарнию.

Однажды Яся сказала мне: «Помни о том, что заставляет твою душу сиять» и, похоже, до меня только дошло значение её слов.

- Да уж, в этой лотерее я была не главным призом, - кривится брюнетка и встает. - За подарок - спасибо. Но я обойдусь. Не хочу лишних воспоминаний.

Ксения придвигает мне красиво упакованную коробку который моя помощница подготовила еще с неделю назад, а я с удивлением понимаю, что даже в этом - огромная разница. Ольге я подарок купил сам. Сегодня утром. Подвеску-фотоаппарат, усыпанный бриллиантами... думаю, ей понравится.

Звук входящего вызова заставляет меня отвлечься от размышлений:

- Ты получил список продуктов? - раздается жизнерадостный голос Артема. Он уже за городом и даже не появился сегодня на работе, хотя - официально - компания «Форс» не работает только с тридцать первого декабря.

- Получил, - ворчу, - но не понимаю, почему я должен ходить по магазинам. Есть помощники, служба доставки, младший брат, наконец...

- И ты, единственный, кто скрупулезно выполнит все требования, - хмыкает старший брат. - К тому же, для тебя и твоего сюрприза, который ты собрался привезти к нам в дом, это будет отличная проверка.

- Проверка? - я искренне не понимаю.

- Савелий, ты что! Поход в супермаркет перед Новым годом приравнивается к совместному ремонту, пяти годам жизни и первому отпуску!

Артем оказывается прав.

Все эти люди, что толкутся между стоек, мало того, что обладают громкими голосами и непониманием, что они собираются готовить, так еще зачем-то взяли не только своих пятерых детей и всех бабушек и дедушек, но и, похоже жену, бывшую жену и тещу...

И все равно мне хорошо

Мы целуемся с Олей, прячась за стойками с непопулярными продуктами - никогда не целовался в магазинах.

Спорим, какой сорт яблок лучше.

Как идиоты полчаса стоим перед мороженым - но не потому что не можем выбрать, а потому что не можем оторвать взгляд друг от друга.

На ней сегодня простой свитер, распахнутая короткая дубленка и волосы собраны в неаккуратную гульку... но взгляд, шальной и влюбленный, то и дело вспыхивающие щеки и опухшие - по моей вине - губы без капли помады делают её самой красивой.

Для меня.

Теперь - только для меня.

Я посмеиваюсь над внезапно вспыхнувшими собственническими чувствами -никогда их не было, а вот тебе. Ходи, ревнуй, посматривай на всех мужиков искоса.

Подталкиваю девушку к кассам, а потом, утрамбовав миллион пакетов в багажник, где уже стоят две небольшие сумки с вещами и куча ярких коробочек, бережно усаживаю свой новогодний подарок на пассажирское сиденье, перевязываю его лентой ремня безопасности и ставлю печать поцелуем.

- Знаешь... - задумчиво говорит Оля и переплетает пальцы с моими, после того как мы, наконец, выбрались из очередной пробки, - Обычно женщины после первой ночи оказываются в мучительно-зыбком положении. Позвонит не позвонит? Понравилось или нет? А что будет дальше? Как будто ты сдал экзамен и теперь ждешь, когда объявят результат. А я... Я, с того момента, как ты меня поцеловал впервые, ни секундочку не сомневалась, что у нас все будет хорошо. Как думаешь... это нормально?

Я поворачиваюсь к ней, а потом целую тонкие пальчики.

- Более чем нормально. Я тебе уже говорил, как мне нравится твоя естественность и искренность?

- Нет, - отвечает совершенно серьезно, - Но я готова послушать.

Мы приезжаем в дом, стоящий посреди заснеженных деревьев, только к вечеру. Все уже на месте и тут же растаскивают покупки, подарки, меня, Олю по разным местам, вываливая на меня все новости, планы - чем мы будем заниматься в следующие два дня - показывая две уже наряженные елки и новогоднюю иллюминацию, превратившую особняк в пряничный домик.

Оля ошеломлена теплотой и напором моих родственников, а я не прекращаю улыбаться. Потому что наконец-то все... правильно. Как и должно быть на Новый Год.

Я с людьми, которые всегда меня ждут и любят.

- Дядя Савеий, а ты тозе зениться соблался? - по мне карабкается трехлетняя обезьянка. Единственный пока ребенок в нашей семье... и от того безумно заласканный. Но, как ни странно, мини-рыжую это не портит.

- Что значит тоже? - спрашиваю с улыбкой. - А кто еще?

- Все, - надувает она губки, явно недовольная, что любимые дяди разошлись по рукам.

- Всё может быть. - подмигиваю, - Но не ты должна узнать об этом первой. Я спускаю её вниз и иду на поиски Оли.

Женская часть семьи уже взяла её в оборот, и, похоже, она вполне вписалась в компанию. Только, в отличие от прочих, у нее в руках не нож и упаковки от продуктов, а фотоаппарат, которым она непрестанно щелкает

Я ловлю её со спины, разворачиваю к себе и целую, старательно не замечая, как Ярослава поднимает два больших пальца вверх.

- Я бы не хотел, чтобы ты и здесь... работала.

Смотрит на меня удивленно. А потом улыбается:

- А ты не понял? Это для меня не работа, а любимое дело. Тем более... - она понижает голос, - Я не умею и терпеть не могу готовить.

- Какие еще тайны ты скрываешь? - притворно хмурюсь.

- Думаешь, расскажу тебе так сразу? Не-а, буду выдавать порционно, а то вдруг ты испугаешься и бросишь меня.

- Всю жизнь?

Сглатывает.

А потом медленно кивает: - Думаю... как раз хватит

Я целую её в растрепанную макушку и возвращаюсь к братьям и Броневому, которые делают разметку во дворе для установки фейерверков.

Завтра Новый год и надо много чего еще подготовить...

Но главное, пожалуй, мы все уже сделали.

Исполнили свои самые важные желания.